новости    психология    этология    нлп    тесты    конференция    ссылки   Печать Контакты
Статьи - 5 последних
  •  Первый день на новой работе
  •  Женщина-руководитель: проблема самоактуализации в контексте полоролевых характеристик личности
  •  Полоролевые стереотипы как регуляторы самопринятия человека в качестве субъекта деятельности
  •  Гендерная интерпретация самоактуализации личности в профессии: проблемы и стратегии профессионализации
  •  Гендерные аспекты социальной адаптации в условиях ранней профессионализации
  • Тесты - 5 популярных
  •   Способны ли вы убить человека?
  •   Проверьте свою память
  •   Каков Ваш характер?
  •   Насколько Вы довольны жизнью?
  •   Довольны ли Вы собой?
  • Голосование
    Ваше мнение о навигации и удобству представления материалов данного сайта
    Организацию представления разделов и материалов нужно улучшить
    Нужны небольшие изменения в навигации
    Ничего не нужно менять

    результаты
    Поиск по сайту
    Расширенный поиск
    Рассылка новостей



    Начало - НЛП - Литература - Наведение транса

    1 2 3 [4] 5 6 7 8 9 10
    Ричард Бендлер, Джон Гриндер
    Наведение транса


    Глава 4
    Утилизация (использование)
    Процессуальные инструкции

           Сегодня утром мы будем говорить об утилизации (использовании). Если вы уже добились измененного состояния у клиента, то каков наилучший способ использования такого состояния? Сегодня я исхожу из предположения, что вы внимательно следите за клиентом и сохраняете раппорт, я предполагаю также, что клиент уже находится в измененном состоянии. Основное полезное свойство измененного состояния сознания состоит в том, что вам уже не приходится бороться с системой ценностей клиента.
           Подсознание, если можно так выразиться, готово сделать все, что угодно, если оно организовано и проинструктировано надлежащим образом. Сознание же, напротив, постоянно вырабатывает предварительные суждения о том, что возможно, а что невозможно, вместо того, чтобы непосредственно пытаться с помощью действий определить, возможно это, или нет. Сознание, с его ограниченной системой ценностей, как правило, выносит чрезвычайно жесткие решения относительно того, что стоит попытаться сделать, а чего не стоит; набор возможных действий подсознания, напротив, чрезвычайно широк и разнообразен. В подсознании обычно отсутствуют ограничения такого рода. Если клиент входит к вам в кабинет и говорит: «Я не могу этого сделать, но хочу» – наиболее вероятное предположение состоит в том, что этот клиент уже сделал все, на что был способен в рамках ограничений, диктуемых сознанием, – и всякий раз терпел неудачу. Наименее интересная для нас часть личности, с которой мы устанавливаем коммуникацию – его сознание. Единственный способ не бороться с личностью клиента, или, что то же самое, не испытывать «сопротивления» – просто оставить сознание без внимания и обращаться непосредственно к «боссу» (то есть, к подсознанию). После того, как мы начали наши занятия, многие из вас задавали один и тот же вопрос: «Что мне делать после того, как я ввел кого-нибудь в состояние транса?» Простейший способ утилизировать любое поведение заключается в том, чтобы дать клиенту ряд свободных от конкретного содержания инструкций, суть которых сводится к следующим требованиям:
           «научись чему-либо», «теперь изменись, стань другим». Мы называем такие инструкции «процессуальными», так как подобные требования весьма точно определяют процесс, который должен произойти в личности (например, изменение, решение проблем), но весьма неопределенны во всем, что касается конкретного содержания. Остается неясным, что должно происходить, но точно определяется, как это должно происходить. Изложение рассмотренных нами ранее различных методов наведения мы сопровождали краткими процессуальными инструкциями. Напутствие, которым мы закончили вчерашний семинар, в сущности, представляет собой процессуальную инструкцию. С помощью напутствия мы проинструктировали всех вас таким образом, чтобы вы заново пересмотрели все ваши переживания, отобрали те из них, которые могут быть для вас полезны, и использовали их в будущем. Заметьте, что конкретное содержание при этом отсутствовало. Мы не говорили о том, на какие переживания следует обратить особое внимание, когда в точности использовать эти переживания, и для чего в частности. Все эти специфические подробности не проникли в сознание слушателей.
           Такого рода инструкции имеют ряд важных преимуществ. Одно из преимуществ состоит в том, что вам нет необходимости знать, о чем в точности вы будете говорить. Нет необходимости узнавать подробности личной жизни клиента – вполне приемлемый набор свободных от конкретного содержания процессуальных инструкций можно сформулировать и без этого. Если клиент обращается к вам за помощью в решении какой-либо проблемы, вы можете дать ему такие процессуальные инструкции: «Переберите, просмотрите события вашего прошлого на подсознательном уровне, и через некоторое время вы обнаружите определенную способность, которая могла бы помочь вам в настоящем справиться с вашими проблемами». Вы не определяете точно, какая именно способность может быть найдена, вы утверждаете только, что клиент найдет в себе какую-либо способность. Вы не определяете точно, в чем состоит «проблема» – вам самому нет нужды знать, что это за проблема! Другое важное преимущество состоит в том, что процессуальные инструкции весьма активно привлекают и занимают внимание слушателя, потому что слушатель наполняет их тем самым содержанием, которое вы опускаете. Третье преимущество процессуальных инструкций заключается в том, что полностью сохраняется целостность личности клиента. Вы никак не сможете нечаянно ввести неприемлемое для клиента содержание именно потому, что вообще не вводите никакого конкретного содержания. Тем из вас, кто знаком с Мета-моделью (Meta-model), легко будет понять, что гипноз с помощью словесных шаблонов, включающий в себя процессуальные инструкции, есть процесс, обратный Мета-модели. С помощью Мета-модели точно определяется содержание переживания: если клиент входит ко мне и говорит – «Я боюсь», мой ответ, согласно предписаниям Мета-модели, должен быть таков: «Чего вы боитесь?». Я задаю этот вопрос для того, чтобы получить более точную информацию о содержании, которое опущено в заявлении клиента. Формулируя процессуальные инструкции, я сознательно придерживаюсь неопределенности; я, так сказать, изымаю куски, несущие содержание, из своей вербализации, с тем, чтобы предоставить клиенту максимально благоприятную возможность заполнить эти пустоты наиболее осмысленным, с его точки зрения, способом.
           В тех приемах наведения, которые мы демонстрировали ранее, можно найти примеры такой вербализации. Мы произносили фразы типа: «Вы позволяете вашему подсознанию вызвать из памяти те воспоминания, которые доставят вам удовольствие…» Я надеясь, что вы уже представляете себе, в общих чертах, что такое процессуальные инструкции. (Если вы хотите изучить специфические словесные шаблоны, применяемые в процессуальных инструкциях, их можно найти в приложении II). Один из типов словесных шаблонов, «пресуппозиция», «предварительное предположение», настолько важен, что я хотел бы упомянуть о нем. Джейн, могу я вас попросить уделить мне одну минуту? Как вы думаете, были ли в вашей жизни моменты, когда вы находились в состоянии глубокого транса?
           Джейн: Не уверена. Думаю, что были.
           Какой метод наведения глубокого транса вы предпочитаете – словесный или несловесный?
           Джейн: Словесный.
           Отлично. Предпочитаете ли вы, чтобы я сразу приступил к наведению транса, или вам хотелось бы, чтобы я попросил кого-нибудь описать то, что я делаю, прежде чем начать наведение?
           Джейн: Пусть сперва кто-нибудь опишет то, что вы делаете.
           Какую технику я применил только что по отношению к Джейн?
           Мужчина: Вы дали ей возможность выбора.
           Я дал ей возможность выбора. Однако, для всех возможностей, которые я ей предоставил, характерно нечто общее. Что именно?
           Мужчина: Все они предполагают, что она перейдет в измененное состояние.
           Вот именно. Все возможности выбора предполагали тот конечный результат, который мне нужен. «Какой метод наведения глубокого транса вы предпочитаете – словесный или несловесный?» – это не имеет отношения к тому, что сказала Джейн. Тем самым она уже находится накануне перехода в состояние транса, она уже готова к такому переходу. «Предпочитаете ли вы, чтобы я сразу приступил к наведению транса, или вам хотелось бы, чтобы я попросил кого-нибудь описать то, что я делаю, прежде чем начать наведение?» – опять же, налицо предварительное предположение о том, что она вот-вот перейдет в состояние транса, вопрос только в том, произойдет ли это сразу же или немного спустя. Я создал то, что Эриксон называл иллюзией выбора – ложное чувство альтернативы. Конечно же, она могла на самом деле выбирать между словесным и несловесным методами наведения, между тем, сразу же я приступаю к наведению, или после того, как закончу объяснение. Но, так или иначе, все предоставленные мною альтернативы подразумевали один и тот же желательный для меня результат, а именно – переход в состояние транса. Если вы внимательно следили за происходящим, вы поняли, что Джейн начала переходить в состояние транса еще раньше, чем я начал что-нибудь делать. Потому что я вошел в доверие к Джейн, заключил с ней соглашение. Она уже была в измененном состоянии, когда пришла сюда и села.
           Пример 1.
           Теперь я стану продолжать начатое и приведу вам простой пример процессуальной инструкции. Наряду с другими гипнотическими словесными шаблонами я продолжу использование пресуппозиций, предварительных предположений. Джейн, не могли бы вы представить себе по-настоящему яркий, живой образ какого-нибудь места, где вам хотелось бы отдохнуть – например, какое-нибудь место, где вы когда-то очень приятно провели отпуск. Я надеюсь, что ваше подсознание способно уловить разницу между… (Гипнотизер поворачивается к Джейн) теми словами, которые я обращаю непосредственно к вам… (Гипнотизер поворачивает голову к аудитории) и теми словами, с которыми я обращаюсь к кому-нибудь другому… И я прошу ваше подсознание… воспринимать только часть того… что я говорю непосредственно вам… ту часть, которая соответствует вашим желаниям… отвечает вашим потребностям таким образом… что это не противоречит тем целям, которые вы поставили перед собой в связи с нашей ближайшей задачей. И между тем, как вы… Джейн… продолжаете наслаждаться образами того самого момента, видите его таким, каким оно было тогда… я был бы очень рад, если бы ваше подсознание… выбрало… из этого увлекательного переживания… некий фрагмент… деталь… о которой вы забыли… так, чтобы за те несколько мгновений, пока я, с вашего позволения… протягиваю руку… и касаюсь вашего правого плеча… вы внезапно… вспомнили нечто любопытное и увлекательное… о чем вы не вспоминали многие годы… (Гипнотизер касается плеча Джейн) …приятное… (Джейн широко улыбается; аудитория смеется). И в самом деле, это нечто радостное! Переживания нашего прошлого… – постоянный источник удовольствия. И, раз уж вы на самом деле пережили… нечто приятное… продолжайте, двигайтесь дальше… позвольте себе перейти в устойчивое состояние покоя и уюта… Когда у вас появится это чувство обновленности, бодрости… прошу вас, начните постепенно возвращаться, почувствуйте снова связь с настоящим, с окружающими вас людьми… чтобы ваше сознание… так же, как и ваше подсознание… снова могли приступить к процессу обучения… (Выражение голоса гипнотизера становится обычным). Благодарю вас, Джейн.
           Понятно ли вам, каким образом я только что использовал процессуальные инструкции, работая с Джейн? Сперва я попросил ее думать о каком-нибудь месте, где, по ее мнению, можно было бы хорошо отдохнуть, затем я попросил ее думать о пережитом в прошлом приятном ощущении. Но, если бы я выражался так просто, как выразился сейчас, мне не удалось бы получить ту интенсивную реакцию, которую вы наблюдали, когда у Джейн изменилось выражение лица. Как мы уже говорили раньше, гипноз, в некотором смысле, всего лишь процесс усиления переживаний.
           Пример 2.
           Теперь я приступаю к демонстрации несколько более сложного процесса. Предположим, что я подхожу к Лиз, говорю: «Привет, меня зовут Ричард Бэндлер», и протягиваю ей свою руку. (По мере описания гипнотизер делает то, о чем говорит). В тот момент, когда она протянула свою руку навстречу, я уже получил бессознательную реакцию. Теперь мне нужно отыскать способ усиления этой реакции и последующего использования (утилизации) ее. Например, я могу взять ее за запястье и повернуть ее ладонь так, чтобы она оказалась у нее перед глазами, а затем сказать: «Посмотрите на вашу руку». Таким образом, она получила новую программу взамен той, которую я прервал. Следите за тем, как изменяется направление вашего взгляда… по мере того, как вы видите… что кончики ваших пальцев постепенно опускаются… перед вашими… глазами… но не раньше, чем вам захочется мигнуть. Пусть это займет у вас столько времени, сколько вы пожелаете – но дайте вашей руке опуститься не раньше… чем вы почувствуете, что вы полностью расслабились… расслабились так, как вы привыкли это делать. Не имеет значения, как быстро опустится ваша рука. Важно только то, что ваша рука опускается… и в то же время… с той же скоростью… другая ваша рука… начинает... подниматься. Так как это как раз то, чему вы хотите научиться… и, на самом деле, неважно, знает ли кто-нибудь, кроме вас, о том, что происходит обучение, и в чем именно оно заключается… потому что ваше подсознание воспринимает все… что происходит… и если вы уже начали обучаться этому, важно, чтобы… медленнее!.. вы учились этому постепенно, уравновешенно… И ваше подсознание знает, какая именно уравновешенность имеется в виду… Так оно и должно быть… На самом деле, так полезно, и настолько важно… позволить вашему подсознанию… предоставить вам… благоприятные возможности… и отыскать в нем ваше собственное понимание… изменения состояний, пережить процесс обучения.. и приобрести его новое понимание… которое вы могли бы использовать… каким-либо образом… для своих собственных целей… так, чтобы это благотворно воздействовало на вашу индивидуальность… Разумеется, мне неизвестно… можете вы или нет… начать видеть сон… который содержит в себе решение, известное вашему подсознанию… решение, которое даст вам то, чего вы желаете. Но мне известно, что когда вы начинаете видеть этот сон, вы не испытываете вообще никаких чувств… И то, что вы это понимаете, не имеет значения… Важно только то, что вы учитесь… вы учитесь… именно тому, что вы хотели узнать… Каждую ночь… Лиз… вы погружаетесь в естественный процесс сна… Некоторые из ваших снов вы сознаете… а некоторые не сознаете… Так оно и должно быть… И теперь я дотрагиваюсь до вас… и начинаю поднимать вашу руку… и я не скажу вам, чтобы вы ее опустили… прежде чем… пройдет все необходимое для вас время… все время, необходимое для того, чтобы возникло сознательное понимание… понимание того, каким образом… плодотворно использовать свое подсознание. И когда ваша рука слегка коснется бедра, вы медленно проснетесь… и это новое понимание останется в вашем сознании. Между тем… нет необходимости прислушиваться к чему-либо… еще… Но так приятно подслушать то, что поможет вам научиться…
           А теперь, не могли бы вы рассказать мне, какие из движений Лиз были сознательными движениями, а какие нет? Когда вы работаете с измененными состояниями, очень важно уметь распознавать и различать эти вещи. В начале у Лиз наблюдалось огромное множество различных движений тела. Некоторые из этих движений она делала в связи с тем, что ее сознание реагировало на происходящее, но многие движения не были сознательными.
           Женщина: Когда она поворачивалась на стуле, мне показалось, что это были сознательные движения.
           Отлично. Когда ее левая рука отделилась от бедра и поднялась, было ли это сознательным движением?
           Мужчина: Мне кажется, нет.
           Что привело вас к этому заключению? Что особенного было в этом движении?
           Мужчина: Оно было плавным, будто бы мягким.
           Разве нельзя точнее определить, что именно вы наблюдали? Когда Лиз пошевелила ногой, это было очень плавное, мягкое движение – но это было в высшей степени сознательное движение. Лиз, знаете ли вы о том, что ваша рука начала подниматься?
           Лиз: Я в этом не уверена. (Рука Лиз непроизвольно поднимается, реагируя на скрытую команду, «вставленную» в вопрос).
           Подействовало! Ее рука поднялась, причем это было совершенно бессознательное движение. Как вы могли заметить, одной из характерных черт бессознательного движения является то, что в самом начале такого движения заметна нерешительность, колебание, оно очень слабое, небольшое.
           Поднимите руку вверх – умышленно поднимите вашу руку. Поднимая руку сознательным движением, разве вы начинаете движение с запястья?.. Нет, вы не начинаете с запястья. Вы начинаете с локтя, может быть, с предплечья.
           Мастера спортивной борьбы начинают свои движения с живота – из центра. Но все это не имеет ничего общего с тем, чтобы начать движение с запястья.
           Даже если бы Лиз начала движение с локтя, между сознательным и бессознательным движением все равно была бы огромная качественная разница. Я предпочел бы охарактеризовать бессознательное движение как «судорожное», «толчковое». В каком-то смысле, это, конечно, более изящное движение, но в то же время оно более неуверенное; оно прерывистое, в нем множество мельчайших остановок. Сознательное же движение скорее напоминает некую цельную программу – когда оно начинается, вы сразу можете сказать, где оно кончится. Оно единообразно. Между теми движениями, которые клиент совершает в измененном состоянии, и движениями, которые совершаются в обычном состоянии, имеется существенная разница. Когда ее рука отделилась от бедра и поднялась после того, как я дал ей инструкцию в состоянии транса – это было одно; когда я попросил ее умышленно поднять руку – это было уже совсем другое. Если клиент решит про себя, что ему нужно достать носовой платок и достанет его, это будет выглядеть совершенно иначе, чем если бы я потребовал, чтобы носовой платок достал клиент, находящийся в состоянии транса.
           Если вы хотите знать, какое состояние переживает ваш клиент, очень важно уметь распознавать такие различия. Когда я поднял руку Лиз и сказал ей, чтобы она позволила руке опуститься и так далее, – рука начала двигаться вниз очень медленно и с небольшими остановками, подобно листу, падающему с дерева. Это было настоящее бессознательное движение. Затем рука начала опускаться более плавно и быстрее. Вмешалось сознание Лиз. Ее рука снова начала приобретать вес. Я сказал: «Медленнее!» – и рука как будто натолкнулась на что-то, повисла так, как если бы ее поддерживала невидимая нить. Рука остановилась, повиснув на невидимой нити, и затем начала опускаться вниз тем же самым движением, которым двигалась вначале. Способность распознавать различие между двумя типами движения позволила мне усилить одно движение и ослабить другое. В результате мне удалось все дальше и дальше подталкивать Лиз к измененному состоянию.
           Теперь о том, что касается движения при рукопожатии. Когда я подошел и протянул свою руку, каким движением Лиз отреагировала на это? Когда люди вовлечены в автоматические бессознательные программы, такие, как рукопожатие, или, например, когда кто-нибудь достает пачку сигарет – движения эти больше напоминают сознательные, чем те движения, о которых мы говорили раньше. Движения эти имеют определенную направленность. Существуют способы отличить и такой тип движения от сознательного движения, и если вы внимательно следили за обоими примерами, вы понимаете, что я имею в виду. Когда люди вовлечены в автоматические бессознательные программы, такие, как пожатие рук, они выполняют моторные действия легко и плавно, но не фокусируют свое внимание на этом движении. Оно выглядит автоматическим, машинальным. Хорошо. Все, что я только что проделал с Лиз, представляет собой еще один пример процессуальной инструкции, правда, с некоторыми дополнительными моментами. Сперва я затратил некоторое время на то, чтобы развить состояние транса, усиливая подсознательные реакции. Затем я начал инструктировать ее, требуя, чтобы она приобрела «новое понимание» и использовала его «плодотворно». Я не сказал, что за «новое понимание» я имею в виду, не сказал даже, к чему такое новое понимание должно относиться, и не пояснил, какой именно способ использования считается «плодотворным». Я не объяснял этого хотя бы потому, что не имею ни малейшего представления о том, что бы это могло быть. Целиком и полностью я предоставил все это на усмотрение ее подсознания. Затем я попросил ее увидеть сон, в котором она научилась бы тому, что значит конструктивно, плодотворно использовать подсознание. Опять же, я не сказал ничего такого, что несло бы в себе хоть какой-нибудь определенный смысл. Я предоставил ей самой извлечь из сказанного смысл, наиболее приемлемый для нее. Потом я приравнял завершение задачи к позволению опустить руку.
           При формулировке процессуальных инструкций используется множество слов типа: «понимание», «способность», «любопытство». Мы называем такой способ выражаться «номинализацией», «обобщенным обозначением». В действительности это процессуальные выражения, используемые в качестве имен существительных. Если вы скажете: «Вы приобретете понимание…» вместо того, чтобы сказать: «Вы поймете…», выяснится, что при этом теряется значительная часть информации. Вы поймете, что? Когда кто-нибудь, разговаривая с вами, применяет номинализацию, это заставляет вас обратиться к самим себе в поисках приемлемого осмысления сказанного. Если клиент говорит вам: «Я чувствую неудовлетворенность», вы можете превратить слово "неудовлетворенность" в глагол и спросить: «А как вы пытаетесь удовлетвориться?», или «А как бы вы хотели удовлетвориться, каким образом?». Если же вы не сделаете этого, вам придется самим заполнять пустоты в содержании подобного заявления. Большинство терапевтов отвечают подобным образом на заявления своих клиентов, – они галлюцинируют, пытаясь представить себе, что имеет в виду клиент. Когда я говорю: «Мне нужна поддержка», и больше ничего не уточняю, вам приходится строить свои собственные внутренние предположения о том, что в данном случае может означать поддержка одного человека другим. Я всегда выбираю такие словесные шаблоны, которые не имеют прямого отношения к сенсорным переживаниям. Тем самым я предоставляю вам самим осуществлять процесс осмысления таких шаблонов. Каждый раз, когда вы это делаете, вы совершаете процесс, который мы обозначаем непонятным термином «трансдеривационный поиск» <Буквально: «поиск с обращением к источнику словообразования». – Прим. перев.>. Люди воспринимают слова, которые вы произносите, и связывают их со своими собственными переживаниями. В качестве гипнотизера я использую тот факт, что для собеседника естественно именно такое поведение. Я формулирую выражения, изобилующие номинализациями. У меня нет никаких предположений относительно смысла таких номинализаций, но мой клиент заполняет их содержанием, наиболее естественным для него самого (более подробно об этом см. в Приложении II).
           Женщина: Формулируя процессуальные инструкции, вы несколько раз употребили выражение: «Так оно и должно быть». Что вы подразумевали под этим?
           Использование выражения «Так оно и должно быть» – один их простейших способов усилить любую появляющуюся реакцию. Например, если я формулирую процессуальные инструкции, требующие от клиента научиться чему-нибудь, и вижу, что происходит быстрое движение глаз клиента или какие-либо другие изменения, свидетельствующие, что идет внутренняя переработка материала, я говорю: «Так оно и должно быть», «Все правильно», то есть даю клиенту инструкцию еще более активизировать этот процесс. Это позволяет осуществлять подстройку к любому переживанию, позволяет усилить реакцию клиента, не описывая ее специально.
           Пример 3.
           Теперь развлечемся немного. Энн, позвольте мне попросить вас кое-что сделать. Закройте глаза. Прежде всего, я хочу, чтобы вы представили себе яркий, ясный, четкий, зримый образ стены; я хочу, чтобы вы представили себе стену, в которой есть двери. Какими вы представили себе эти двери – одинаковыми, или разными?
           Энн: Да, между ними есть разница.
           Разница есть. Отлично, продолжим. Крайняя справа дверь приведет вас в некое очень привычное для вас место. Продолжайте рассматривать эти двери. А крайняя слева дверь приведет вас в такое место, которое покажется вам совершенно необычным, но, когда вы попадете туда, вы обнаружите, что уже бывали там прежде. Но существует и третья дверь, не правда ли? Теперь почувствуйте, что вы приближаетесь к этой третьей двери и беретесь за дверную ручку, но не открываете эту дверь.
           Энн: Но я не чувствую… чтобы у этой двери была ручка. Это вращающаяся дверь.
           Вы недостаточно внимательно рассмотрели ее. Ищите еще, ищите лучше. Может быть, эта дверь открывается не так, как вы открывали все остальные двери… Вы не находите, что в этой двери есть нечто необычное?..
           Энн: Да, есть.
           Пройдите вперед и напрасно попытайтесь открыть ее… Еще раз осмотрите дверь… ищите… до тех пор, пока не обнаружите некую необычную особенность… которая будет означать для вас, для вашей личности… что у вас все же есть возможность открыть эту дверь… но таким способом, каким вы никогда еще дверей не открывали…
           Энн: Все, я нашла.
           Теперь очень медленно… начинайте входить туда, но прежде, чем вы откроете эту дверь настежь, я хочу, чтобы вы поняли, что вы переходите в переживание… для которого характерны следующие особенности: …в этом переживании будут детали… которые не вызовут у вас никаких чувств… и у вас не найдется слов для обозначения этих деталей. Но эти детали будут важнее всего остального… и они будут самым осмысленным образом связаны… с изменением вашей личности… но вы не поймете до конца природу этой взаимосвязи; но, когда вы заметите эти детали, обратите на них самое пристальное внимание. В этом переживании будут и некоторые другие детали, которые станут для вас приятной неожиданностью… как если бы вы обернулись и заметили, что двери больше нет… Теперь я хочу, чтобы вы рассмотрели то, что вас окружает… рассмотрели внимательно… и в подробностях… потому что там, где вы находитесь, есть нечто… что вы еще никогда не видели. Нечто, что лично для вас имеет значение. И, по мере того, как ваш взгляд перемещается вверх и вниз… разглядывая то, что окружает вас, вы не узнаете места, в котором находитесь, и узнаете его только тогда, когда покинете это место… Так оно и должно быть. Да, когда вы будете возвращаться, так или иначе, все это изменится. Но когда вы возвращаетесь, вы воспринимаете окружающее вас как благоприятную возможность… как напоминание… о чем-то, что вам нужно было узнать все это время. Я знаю, что в то время, пока вы это делаете сознательно… на подсознательном уровне вы совершаете кое-что еще… и это «кое-что еще» гораздо более важно, чем то, что занимает ваше сознание… потому что на подсознательном уровне… вы уже начинаете строить основание… для некоего представления. Основание, которое явится надежной основой… – на ней можно будет построить новое… и более удовлетворительное поведение в будущем. И по мере того, как ваше сознание продолжает изучать то, что окружает вас… поразительно, в самом деле поразительно то… что начинает делать подсознание… – что структура выстраивается полностью за то время… пока вы вовлечены в происходящее. Это надежное основание… послужит вам таким же базисом… как и то основание, которое вы построили еще тогда… когда вы впервые встали на свои ноги… потому что до этого ваши переживания были связаны только с ползанием… до тех пор, пока кто-то не поднял вас… и на какое-то мгновение… вы ощутили, что удерживаете равновесие на своих ногах.. при поддержке извне… Но даже этот краткий миг… позволил вам построить подсознательное основание… которое позже послужило базисом… с помощью которого вы ходите… бегаете… стоите и сидите. И это представление… есть начало основания… для целого ряда новых переживаний… И я знаю… что ваше подсознание способно построить такое основание быстро… или оно будет строить его медленно, но в любом случае оно должно построить егополностью... так, что оно не сможет исчезнуть через некоторое время… Потому что возможности, которые вы хотите осуществить в вашем будущем поведении… должны нести в себе все необходимые составляющие, доступные… на подсознательном уровне… и для того, чтобы быть доступными, они должны иметь надежную, приемлемую для понимания структуру… и все необходимые элементы… делающие такое поведение возможным… для вас, для вашей личности. Теперь, в данный момент времени… вы находитесь перед дилеммой… которую не представляли себе сознательно… но теперь вы уже начинаете представлять ее… Вы вернетесь, отыщете дверь и выйдете… и оставите что-нибудь в незавершенном состоянии… или же вы позволите подсознательным процессам, происходящим в вас, завершиться. Или вы останетесь там, где находитесь… и сами… покинете все, что окружает вас… и затратите все время, необходимое… для этого, чтобы построить структуру, которая содержит в себе все составляющие… необходимые для вашего будущего развития… которое, как вы знаете… должно будет благотворно воздействовать на вас… на вашу личность… И это решение… будет исходить от вас… как результат работы вашего подсознания… Нет необходимости, чтобы оно исходило откуда-нибудь еще… Пока вы сидите здесь… процессы, происходящие в вашем подсознании… заставляют биться ваше сердце… поддерживают ваше дыхание… заставляют кровь течь по вашим венам и делают еще сотни тысяч вещей, о которых даже не подозревает ваше сознание… Смысл этого в том, чтобы понять… что вы можете вполне положиться на процессы, протекающие в вашем подсознании… они оберегают вас. Когда вы идете по людной улице… и заняты своими мыслями… вы автоматически останавливаетесь, когда зажигается красный свет… и, несмотря на то, что вы вовлечены во внутреннюю деятельность, когда красный свет гаснет… вы знаете, что уже можно продолжать движение… Вы всегда можете положиться на процессы, протекающие в подсознании… когда делаете что-либо плодотворное… и полезное… если у вас есть внутреннее побуждение это делать. И на самом деле не важно, почему это не произошло в прошлом. Важно только понимать, что… это возможно в будущем. Когда-то, давно, еще до того, как я вообще занялся терапией, я сидел в ресторане и наблюдал за одним человеком. Меня заинтересовала в нем одна любопытная особенность… он был совершенно пьян… и все же… каждый раз, когда муха садилась ему на руку… он бессознательно вздрагивал… и муха взлетала с его руки. Это повторилось еще раз… и еще раз… и еще раз… несмотря на то, что его сознание… не следило за тем, что происходит… его подсознание действовало организованно… методически… и оберегало его… Когда вы ведете машину по шоссе, иногда бывает и так, что дорогу затянуло льдом; в других случаях льда нет. Иногда вы сосредотачиваете свое внимание на том, что происходит… но в других случаях ваши мысли далеки от происходящего. Ваши мысли уводят вас все дальше, и одна из важнейших вещей, которой вы можете научиться с помощью этого переживания… заключается в том, что когда что-либо внезапно потребует от вас сознательного внимания, вы сразу же заметите это… Теперь я хочу, Энн, чтобы вы затратили все необходимое вам время на то… чтобы закрепить в себе… полученные навыки и понимание того, что наиболее приемлемо для вас, для вашей индивидуальности. И на самом деле не важно… представляет ли ваше сознание все, что происходит. Важно только то, что ваше подсознание… уже сейчас начинает демонстрировать вам… новые формы поведения… огромные потенциальные возможности изменения вашего сиюминутного поведения… и теперь, и в будущем. Через некоторое время я возвращусь назад и буду говорить с вами. Я буду задавать вопросы… на некоторые из них вы станете отвечать охотно… на некоторые вопросы вам не захочется отвечать. Не отвечайте на такие вопросы, это не нужно. Прежде чем заговорить с вами, я буду разговаривать с другими… вы всегда сможете узнать, что я говорю другим… по тому, что звук моего голоса будет направлен в другую сторону. Вы сможете использовать это время, чтобы сделать все, что посчитаете нужным… а также то, чего вы не понимаете, но что вам так необходимо. Так оно и должно быть. И будьте при этом настолько сознательны, насколько это вам нужно.
           Теперь поговорим о том, что я делал с Энн. Ни в одной из инструкций, которые я ей давал, не было конкретного содержания. На уровне процесса имел место подробный набор инструкций, суть которых, в основном, сводится к двум требованиям: 1) заставьте работать ваше подсознание; и 2) решайте свои проблемы.
           Заметьте, что, обучая вас методам утилизации, мы используем лишь те приемы, которым уже научили вас раньше. Я начал с подстройки ко всему, что, как я видел, происходило с Энн, а затем, по мере того, как ее состояние начало медленно изменяться, я стал вести ее посредством постепенного изменения моих внешних каналов. В частности, я приспосабливал темп моей речи к ее дыханию таким образом, что потом, когда уже я начал… замедлять темп… своей речи… она, в свою очередь, последовала за мной и замедлила свое дыхание. Я внимательно следил за тонусом кожи, за цветом кожи, за дыханием, за частотой пульса, за движениями век и так далее. Такие несловесные признаки обеспечивали мне обратную связь, – я знаю, как выглядят люди, погружаясь во все более глубокие измененные состояния, процесс этот сопровождается также физическим расслаблением, релаксацией.
           Энн, ощущаете ли вы на сознательном уровне, что подобного рода переживание повлияло на вас, продвинуло вас?
           Энн: Да.
           Итак, я применил множество различных механизмов подстройки и закинул петли обратной связи. Я превратил себя в искусную биологическую машину обратной связи с Энн. Я наблюдал за цветом ее кожи, и когда цвет ее кожи изменился, я начал очень медленно изменять выражение моего голоса до тех пор, пока не достиг совершенно другой интонации. Первоначально я изменял выражение голоса в том же темпе, в каком происходило изменение Энн. Затем, изменяя интонацию еще дальше в том же направлении, мне удалось вести ее все дальше и дальше к измененному состоянию.
           Осуществляя несловесное наведение, я давал ей также и словесные инструкции – и то и другое как на сознательном, так и на подсознательном уровне. В частности, некоторые из вербализаций предназначались для того, чтобы с помощью обратной связи проверить, следует она за мной или нет. Я рассказал о том, как пьяница вздрагивает, когда муха садится ему на руку, а затем проследил, вздрогнет ли рука Энн, или нет. Ее рука вздрогнула.
           Энн: Так вы использовали мое сопротивление…
           В этом случае могло и не быть сопротивления.
           Энн: Хорошо. Когда вы сказали мне, чтобы я представила себе три двери, я вообразила две двери по краям и одну, в виде арки, посередине. Почти сразу после того, как вы начали давать мне инструкции, относящиеся к первым двум дверям, я поняла, что подойду к третьей двери, о которой вы, однако, ничего не говорили. Вы знали об этом? Разумеется. Весь вопрос был в том, как повернуть дело таким образом, чтобы вы подошли только к этой двери?
           Энн: В таком случае еще один вопрос. Как вы узнали о том, что я не подойду к первой двери?
           Чем отличались друг от друга мои описания всех трех дверей – если следить не за словесным содержанием этих описаний, а «читать между строк»? Я сказал (тон голоса понижается, выражение легкого отвращения): «Если вы войдете в эту дверь, все, что вы увидите за ней, покажется вам привычным». Следите за интонацией! Теперь вы понимаете, почему я в любом случае знал заранее, в какую дверь вы войдете? Если бы я сказал иначе: «Есть только одна дверь, вы можете войти в нее, и все, что вы за ней увидите, будет привычным для вас», ваше лицо отобразило бы воодушевление, покрылось бы румянцем, вы слегка вздохнули бы, и я узнал бы нечто другое. Мне пришлось бы подстроить все остальные коммуникации к тому, что произошло.
           Энн: Каким образом вы перестроили бы ваши коммуникации в том случае, если бы я выбрала первую дверь?
           Слово «выбирать» в данной ситуации представляется мне неподходящим. Если бы вы отреагировали на первую дверь, если бы я подсознательно уловил признаки того, что вы желаете испытать привычное для вас переживание, я позволил бы вам войти в эту дверь, причем вы ожидали бы встретить только привычные для вас вещи. Но даже в том случае, если бы вы начали с этого, я все равно добился бы своего! Потом я смог бы преобразовать обстановку в нечто непривычное! – «Вы вошли туда, где предполагали нечто увидеть, и удивлены тем, что…», «Случалось ли вам разбить яйцо и обнаружить, что из него выскочил маленький симпатичный кролик?» Моя задача заключается только в том, чтобы давать Энн ряд инструкций, которые помогут ей осуществить подсознательные изменения. Поэтому поддержка ее подсознательных реакций – наиважнейшее правило, которое требует от меня только одной способности: знать, какие из реакций сознательны, а какие подсознательны. Заметили ли вы, какую структуру я придал переживанию, связанному с третьей дверью? Что именно я попросил ее сделать с этой дверью? Я сказал, чтобы она "напрасно попыталась" открыть ее. Если я говорю: «Я попытался открыть дверь», то это совсем не то же самое, чем если бы я сказал: «Я напрасно попытался открыть дверь». Если бы я сказал: «Я попытался открыть дверь», это означает, что я могу попытаться еще раз. Но если я говорю: «Я напрасно попытался открыть дверь», такой возможности больше нет. В одном случае возможность остается; в другом случае возможности нет.
           Но почему я произнес именно такую фразу?.. Когда Энн подходит к двери, за которой ожидает увидеть непривычные вещи, лучший способ создать необычную обстановку состоит в том, чтобы начать с самой двери: уже дверь должна вызывать непривычную реакцию – пусть это будет дверь, открывающаяся необычным способом. Таким образом, и дверь, и ожидаемое переживание приводятся в соответствие друг с другом.
           Я тщательно структурирую мою речь. Например, если я говорю вам (Гипнотизер обращается к одной из присутствующих): «А теперь попробуйте поднять руку», под этим подразумевается, что вы, может быть, и не способны это сделать, но, в любом случае, такая возможность у вас есть. Но если я говорю: «Вы напрасно попытаетесь не поднимать вашу руку… Это очень глубокое переживание… И теперь вы начинаете удивляться, почему рука не захотела сразу подняться… ведь вы думали, что она поднимется».
           Теперь вы можете заметить, что эта женщина находится в полном оцепенении. Между прочим, неподвижность – одно из явлений, сопутствующих трансу. В данном случае «сопротивление» было утилизировано (использовано) с помощью множества отрицаний. Я предложил ей прореагировать на нечто, затем выяснил, какова была ее реакция на подсознательном уровне, и усилил подсознательную реакцию. Ее подсознательной реакцией была неподвижность, а требование двигаться все больше и больше было способом увеличения этой неподвижности. Чем больше я просил ее двигаться, тем более неподвижной она становилась. Дело в том, что реакция "сопротивления" так же предсказуема, как и любая другая реакция, если только вы достаточно чувствительны на сенсорном уровне, чтобы распознать и выделить подсознательную реакцию.
           Главное качество, в котором нуждается человек для того, чтобы успешно функционировать в коммуникации – сенсорная чувствительность. Если вы способны уловить разницу между сознательным и подсознательным, а затем усилить подсознательные реакции, вам удастся изменить состояние сознания вашего клиента. Один из способов – его применял Фриц Перлз – следующий: вы спрашиваете: «Что вы осознаете?». Если клиент отвечает: «Ну, я сознаю, что вы со мной разговариваете, например, и что мои мышцы в области рта напрягаются», вы говорите в ответ: «Но вы не осознаете теплоты прикосновения вашей руки к вашему лицу, вы не осознаете прикосновения ваших ног к полу и ваших локтей к бедрам, вы не осознаете вашего дыхания, того, как поднимается и опускается ваша грудь». Вот и все, что нужно сделать. Клиент начинает переходить в измененное состояние, потому что вы сосредоточили внимание его сознания на том, чего оно не учитывает в нормальной обстановке. Таков один из способов усиления подсознательных реакций. То, что сознание клиента вовлечено в этот процесс, не имеет значения. Наоборот, очень выгодно отвлечь сознание, занять его чем-нибудь сравнительно неважным – например, размышлением о том, в какую из трех дверей следует войти. Какая разница в том, какую из дверей выберет клиент? Важно только то, что мы изменяем состояние его сознания. Изменив состояние сознания, мы уже можем приступать к созданию переживаний, с помощью которых клиент высвободит свои подсознательные ресурсы. Клиент постоянно сосредоточивает свое внимание на том, в какую из дверей он войдет, и как он это сделает, – но в действительности это не имеет значения, потому что как только он войдет в одну из дверей, он окажется в обстановке, описание которой зависит только от меня, а я могу говорить все, что сочту нужным! Все дело в том, какое переживание испытывает клиент, входя в дверь. Переживание это состоит в том, что клиент выходит из обычного для него состояния сознания и переходит в измененное, по сравнению с нормальным, состояние сознания. После того, как клиент переступил этот порог, я даю его подсознанию процессуальные инструкции, программу позитивного развития.
           Формулируя такую программу, я применяю очень неопределенные выражения – о причинах этого мы уже говорили ранее. Очень важно, чтобы вы хорошо понимали, почему в одних случаях нужно применять неопределенные выражения, а в других случаях – нет. Когда вы даете процессуальные инструкции, лексика вашей речи должна быть очень неопределенной. Однако, если вы хотите, чтобы ваш партнер сделал что-нибудь весьма определенное, – например, испек пирожное или излечился от фобии, – необходимо дать ему очень точные, определенные инструкции, чтобы он мог понять, как это сделать. Если вы хотите, чтобы ваш партнер испек пирожное, и при этом говорите: «Возьмите из холодильника все необходимые ингредиенты, смешайте их самым удовлетворительным образом…» – и так далее, то вполне возможно, что вы не получите именно такое пирожное, какое вам нужно. Мне часто приходится слышать, как люди применяют неопределенные выражения, используемые нами в процессуальных инструкциях, пытаясь достичь взаимопонимания с собеседником в каком-либо отдельном вопросе, то есть войти в определенную коммуникацию. При этом ни у одного из них не возникает мысли, что собеседник не имеет возможности понять говорящего, так как не высказывается никаких указаний на этот счет. Например, в разговорах, касающихся психотерапии, часто упоминают о том, насколько важно иметь большое самоуважение, то есть положительное внутреннее представление о самом себе, и как плохо иметь отрицательное «самопредставление». Но ничего не говорится о том, как именно создать такое самоуважение, или как узнать, что оно у вас уже есть.
           Сэлли: Это можно узнать, сравнивая собственные переживания.
           Сравнивая – что, с чем?
           Сэлли: Ну, например, человек сравнивает свои детские представления с тем, как он, будучи взрослым, воспринимает и понимает происходящее.
           Отлично, – и когда человек произвел такое сравнение, что же он делает с полученным результатом?
           Сэлли: После этого улучшается его внутреннее представление о себе, повышается самоуважение.
           Каким образом?
           Сэлли: С помощью представлений. Видите ли, иногда люди испытывают недовольство собой только потому, что помнят, как они были плохи раньше; недовольство собой заключено в их памяти. Но если человек представит себе свои нынешние переживания и познания и сравнит их с переживаниями прошлого, это само по себе поможет ему в его развитии. Он сможет пересмотреть свои представления, и выработать другие…
           Позвольте задать один вопрос. Понимаете ли вы, что во всем, что вы мне описываете, нет ничего, что позволило бы мне понять, о чем вы говорите? Я не пытаюсь критиковать вашу мысль, потому что, как я полагаю, вы знаете, о чем говорите. Но ваш способ выражаться не позволяет мне понять вас.
           Сэлли: Может быть, я чего-то еще не умею. Наши коммуникации не совсем одинаковы.
           О нет, здесь вы неправы – ведь на самом деле я знаю, что вы имеете в виду. Я это знаю, потому что мне уже много раз говорили об этом. Но меня интересует сейчас несходство между тем, как вы со мной говорили, и тем, как вам нужно было бы говорить для того, чтобы ваше понимание проблемы передалось мне – это различие важно для того, чему мы теперь учимся.
           Видите ли, употребленные вами способы описания те же самые, какие используются в гипнозе. Если я хочу, чтобы вы научились чему-либо, вышли из обычного для вас состояния и начали галлюцинировать, я буду использовать такие же неопределенные лингвистические структуры, какие вы только что употребили. Однако если я хочу, чтобы вы сделали что-либо определенное, я должен буду сказать вам нечто определенное. Если я хочу проинформировать вас о том, как что-либо сделать, я должен быть уверен, что вам станет известна каждая деталь этого процесса. Например, если я захочу вложить в вас определенную смысловую программу, которая, как я надеюсь, поможет возрасти вашему самоуважению, я могу выразиться следующим образом: «Хорошо. Я хочу, чтобы вы извлекли из вашего прошлого одно из неприятных воспоминаний – воспоминание о таком событии, когда вы поняли, что сделали наихудшее из всего, что могли сделать… И когда вы вспомните это событие и почувствуете опять то, что чувствовали тогда, вы поймете, наконец, что без неприятных воспоминаний, таких, как это, вы никогда в жизни не смогли бы научиться чему-нибудь действительно важному. Если бы вы не пережили боль от ожога, вы совершенно не боялись бы огня». Эта инструкция содержит минимум определенных выражений. Она требует от вас, чтобы вы вспомнили некое неприятное событие, снова пережили чувства, связанные с ним, и определенным образом переоценили это воспоминание. Хотя эта инструкция не несла в себе определенного содержания, в ней точно определялось, какого рода событие вы должны вспомнить, и что вы должны с ним сделать. Если же меня не беспокоит, как именно вы будете изменяться, я сделаю мою речь еще более неопределенной и стану употреблять множество номинализаций. Закройте на минуту глаза и попытайтесь кое-что сделать. Я хочу, чтобы вы поискали и нашли в себе два, три или четыре приятных воспоминания, которые, как вам кажется, не были бы связаны между собой… но ваше подсознание никогда не выбирает ничего совершенно случайно… потому что вы учитесь вещам, имеющим большое значение для вашей индивидуальности… Я знаю, что ваше прошлое богато переживаниями… все эти переживания и каждое из них в отдельности… составляют основу, на которой строится обучение… или понимание себя… которое связано только.. с вашими взрослыми представлениями… и не связано с вашим детством… но оно может послужить основой… на которой вы построите то, чему научитесь. Теперь подождите немного… чтобы это новое понимание обрело форму… кристаллизовалось… Может быть, вы уже начинаете видеть образ… еще неясный… непонятный для вас… И чем дольше вы видите этот образ… тем яснее вы представляете, сколь многого вы еще не понимаете… и на подсознательном уровне вам ясно… что вы могли бы построить это понимание... осмысленным способом… Осмысленность построения вашего понимания… представляет собой нечто… что вы сможете оценить сознательно… только когда это построение завершится… а затем вы внезапно… почувствуете… что идея… и понимание того, как изменить себя… начинает проникать… в ваше сознание… но вам неизвестно, что делать с этим новым пониманием… потому что когда такая мысль приходит вам в голову… если это действительно подсознательная мысль… она всегда вызывает смущение…
           Итак, коммуникация, с помощью которой я только что связался с Сэлли, почти такая же, как та, с помощью которой она раньше пыталась связаться со мной. Но существует огромная разница между попыткой заставить сознание понять что-нибудь и попыткой заставить подсознание сделать что-нибудь. Наоборот, описания того типа, которые применяла Сэлли, я мог бы использовать, если бы хотел, чтобы клиент сделал что-нибудь, но это совсем не то, что я бы счел нужным сказать клиенту, если бы хотел, чтобы он понял что-нибудь. Такие вещи всегда понятнее извне, тому, кто не вникает в подробности, чем изнутри, тому, кто решает задачу. Это правило верно почти во всех случаях и для любых ситуаций – «со стороны всегда виднее». Мой друг, выдающийся инженер, рассказал мне, что он был занят некоторое время решением сложнейшей технологической проблемы. Он так усердно работал, что целый месяц почти не спал. Пока он безвыходно занимался в своей лаборатории, его мать жила вместе с ним и заботилась о его детишках. Однажды она принесла ему в лабораторию чашку кофе и спросила: «Ну, как дела?». Он ответил: «О, все идет отлично».
           Мать спросила: «А чем ты, собственно, занимаешься?», и он стал объяснять ей, в чем состоит его проблема, и как трудно ее решить. Она выслушала его и заметила: «Я в этом ничего не понимаю. Но на твоем месте я бы уже справилась». У этой женщины не было высшего образования, но этот ее ответ послужил основой для создания одной из сложнейших современных вычислительных машин. Вникая в подробности какой-либо задачи, рассматривая ее «изнутри», вы сосредотачиваете внимание на одних вещах за счет того, что забываете о других – такова ваша внутренняя программа. Конечно, в этом есть свои преимушества, но это налагает и свои ограничения. Когда я только начинал заниматься терапией, мне говорили: «Для того, чтобы стать хорошим терапевтом, вам нужно научиться только одному – точно и живо представлять себе, что именно нужно вашим пациентам». «Помогайте им улучшить самооценку, их представление о себе – и они будут чувствовать себя лучше, жизнь их станет богаче». Я ответил: «Как это делается?», «Как вы улучшаете самооценку пациента?». И мне говорили: «Мы даем своим пациентам увидеть вещи такими, какие они есть». Я не согласен с этим: я думаю, что для созидательной деятельности гораздо полезнее самообман, чем то, что имели в виду эти люди. Я не знаю, что такое «вещи, как они есть». Все дело в том, что многие слова выглядят осмысленно, но в действительности таковыми не являются. Номинализации всегда выглядят осмысленно, но на самом деле не значат ничего. Если вы хотите, чтобы чье-либо подсознание сделало что-нибудь, номинализация – это как раз то, что вам нужно, чтобы успешно достичь цели.
           Теперь позвольте мне обобщенно сформулировать метод формирования процессуальных инструкций, для того, чтобы вы могли не только копировать инструкции продемонстрированного нами типа, но и создавали свои собственные шаблоны. Формулируя процессуальную инструкцию, прежде всего следует придумать какую-либо последовательность, приводящую в конце концов к обучению. Вот одна из таких последовательностей: 1) «Извлеките из вашего прошлого какое-либо значительное переживание», 2) «Попробуйте заново увидеть и услышать, во всех подробностях, все, что тогда произошло, чтобы научиться чему-то новому, не замеченному ранее в этом переживании» и 3) «Пусть ваше подсознание использует такое понимание во всех соответствующих ситуациях в будущем». Когда вы учитесь чему-либо, вам необходимо знать способ обучения, знать, когда и где применить полученные знания. Составляйте последовательности, содержащие перечисленные компоненты. Представляя себе в общих чертах, из каких этапов состоит такая последовательность, и используя гипнотические словесные шаблоны, вы сможете составлять такие инструкции, которые предоставят клиенту достаточно времени для реакций.

    "Порождающее" изменение: гипнотический сон

           Теперь я хотел бы изложить принципы техники наведения «порождающего» изменения. Это пригодится и тем из вас, кто хотел бы изменить собственную личность, и тем, кто занимается терапией. «Порождающее» изменение не подразумевает, что вы хотите бросить курить, сбавить вес или преодолеть свои недостатки. Это было бы уже «исцеляющим» изменением.
           «Порождающее» изменение предполагает, что вы хотели бы усовершенствоваться в чем-либо или научиться чему-то новому, что не поможет вам измениться в том, что вы делаете плохо, но поможет усовершенствовать то, что вы делаете хорошо. Когда я был начинающим терапевтом, ко мне зашел мой шестой или седьмой пациент, я испытал поразительное переживание. Клиент этот начал, как обычно.
           Он сказал: «Я хотел бы кое в чем измениться». Я спросил: «В чем именно?». Он ответил: «Я хотел бы научиться сходиться с людьми и нравиться им». Так как я был запрограммирован определенным образом, моя реакция была следующей: «До сих пор вам это не удавалось?». Он ответил: «Почему же, у меня это превосходно получается».
           Это сбило меня с толку. Все мои пресуппозиции – предварительные предположения – не оправдались. Я спросил его: «Так в чем же ваша проблема?». «У меня нет проблем, – говорит он, – у меня все получается, но я хочу, чтобы получалось еще лучше, мне хотелось бы нравиться окружающим в два раза больше». Я перебрал в уме все известные мне терапевтические приемы – и не нашел ничего подходящего! В большинстве терапевтических дисциплин подобная ситуация не описывалась.
           Не ограничивайте себя привычными, ненадежными рамками. Вы умеете что-то хорошо делать – прекрасно! Вы могли бы без особого труда делать это еще лучше. Изменения такого рода не налагают никаких ограничений. Когда в человеке происходят «порождающие» изменения, он незаметно для себя справляется и с теми проблемами, которые требуют «исцеления».
           Сосредоточившись на самоусовершенствовании в той области, где вы уже достигли успеха, вы, как правило, тем самым избавляетесь от «недостатков» другого рода.
           Хотел бы особо отметить интересную технику наведения «порождающих» изменений, использующую гипнотический сон. Насколько я знаю, гипнотический сон не слишком отличается от обычного сна, с той лишь разницей, что во время гипнотического сна никто не храпит.
           Можно по-разному и в различной степени использовать сны для изменения вашей личности и поведения. Прежде всего, всегда нужно хорошо себе представлять, какого именно результата вы хотите добиться. Например, вы хотите научиться выполнять строго определенное действие «Х» еще лучше, или же вы хотите, чтобы ваш клиент мог выполнять лучше такое действие «Х».
           Предположим, что ваш клиент уже умеет выполнять действие «Х», но вы хотите, чтобы он делал это лучше.
           Тогда вы спрашиваете себя: «Что именно может помочь кому-либо делать что-нибудь еще лучше?». Отвечайте себе на этот вопрос весьма обобщенно, в очень расплывчатых формулировках. Не забывайте, что речь идет о гипнозе, и вы находитесь в «стране номинализаций». Итак, как вы отвечаете на этот вопрос?
           Женщина: Здесь может помочь более развитая наблюдательность.
           Мужчина: Энергия.
           Будьте осторожнее со словом «энергия». Применяя некоторые выражения, широко используемые в других контекстах, следует соблюдать максимальную осторожность. Энергетический кризис породил чудовищное количество гипнотических призывов экономить энергию. Если вы используете слово «энергия» в качестве метафоры, обозначающей большую внутреннюю активность, живость, это может повлечь за собой неожиданные и неприятные последствия – не забывайте о влиянии массовой пропаганды. По всей стране, по радио и телевидению людям напоминают о необходимости экономить энергию – и, тем самым, призывают их быть вялыми и медлительными.
           Один известный терапевт в качестве метафоры, способствующей развитию личности, использовал выражение «внутреннее брожение». И на одном из его семинаров я обнаружил, что у женщин из его группы развилась грибковая инфекция! Слово «брожение» ассоциировалось у них с дрожжами. Между прочим, это явление первостепенной важности, и оно было обнаружено еще гипнотизерами старой школы. Они выяснили, что определенная часть человеческого сознания воспринимает всякое высказывание буквально, – в частности, это происходит и в состоянии транса. Любая фраза, имеющая идиоматический смысл, воспринимается двояко. С идиоматической точки зрения выражение «протянуть ноги» означает, что кто-то умер, но в нем есть и буквальный смысл. И когда бы вы ни употребили такое выражение, слушатели воспримут его в обоих смыслах, и вы сами тоже придадите ему двоякое значение.
           Если вы часто произносите фразу «Мои дети – сущее наказание!», то вам на самом деле есть за что себя наказывать, уверяю вас, и вы как-нибудь себя накажете – например, у вас начнутся головные боли. Люди, пережившие много несчастий и горя, говорят обо всем так, как будто это причиняет им боль, как если бы они несли целый мир на своих плечах. Мы уже говорили об этом явлении. Оно называется «органически согласованным языком» и представляет собой мощное средство внушения.
           Что еще могло бы помочь клиенту лучше выполнять какое-либо действие?
           Женщина: Знания, опыт, практика.
           Превосходно. Приобретение новых знаний, дополнительного опыта в чем-либо – это как раз то, что нужно. Если клиент уже умеет что-то хорошо делать, он сможет практиковаться в этом и в дальнейшем, ведь у него уже есть опыт. Если же у клиента нет достаточного опыта, ему будет только полезно попрактиковаться.
           Теперь я приступаю к построению тождества. Я знаю, что многим из вас не нравится слово «тождество», но оно вам понравится. Чем сильнее вы будете стараться оттолкнуть от себя это слово, тем более привлекательным и чарующим оно вам покажется…
           Я только что применил способ построения тождества, который всегда хорошо действует. Учтите, что это один из возможных способов работы с абреакцией. В случае абреакции применяется также тождество: «Так приятно учиться с помощью неприятных воспоминаний. И чем неприятнее ваши ощущения, тем приятнее приобретать новое понимание». Подразумевается, что чем дальше клиент переходит в негативное состояние, тем успешнее он выйдет из него. «Чем больше «Х», тем больше «Y», – запомните, что это лучший способ формулировки тождества.
           Сегодня мы приступим к построению тождества, и при этом будем использовать сон. Когда мы говорим: «Все, что порождает такие вещи, как новое понимание, опыт или более развитую наблюдательность, тем самым помогает человеку делать что-нибудь лучше», – мы применяем такое же тождество; но мы нуждаемся в чем-то, что будет порождать это новое понимание и т.д. Для этого используем сон.
           Упражнение 7
           Теперь я попрошу вас самих произвести «порождающие» изменения в личности партнера. Для этого разделитесь на пары, так, чтобы все это заняло немного времени. Партнер В, я попрошу вас выбрать, избрать какое-либо действие, которое вы умеете делать хорошо, но хотели бы делать еще лучше.
           Партнер А, я попрошу вас выбрать какую-либо технику наведения и, применив ее по отношению к партнеру В, ввести его в состояние глубокого транса. Затем притроньтесь к нему и скажите: «Я поднимаю вашу руку, и я не скажу вам, чтобы вы ее опустили прежде, чем вы начнете видеть сон… И в этом сне… вы увидите странные, расплывчатые образы… Но вы знаете, что в подсознании начинает выстраиваться нечто… кристаллизующееся… в идею, в мысль… которая породит изменение… в вашей личности… разовьет вашу наблюдательность… и это поможет вам выполнять действие «Х»… еще лучше, успешнее, чем вы ожидаете… Потому что в действии «Х» есть нечто… что вы упустили из виду… и ваше подсознание знает, как вернуться... и увидеть это снова... Вы упустили из виду это, не заметили – что это значит?.. Это значит, что вы смотрели не туда, куда нужно… но теперь вы можете вернуться… и перевести взгляд… увидеть переживания прошлого… на подсознательном уровне, увидеть именно то определенное переживание… но только теперь… ваше подсознание может увидеть его по-новому… и обнаружить разницу… между тем, когда вы это делали в совершенстве… и когда вы это делали… только хорошо… Ощущение этой разницы… может прийти к вам только в волшебном сне… и вы увидите этот сон снова и снова… яркий, многоцветный сон… вы испытаете необычайное удовольствие и удивление… вас поразит… то, что вы уже учитесь.. но эта мысль придет вам в голову не прежде... чем ваша рука начнет медленно опускаться… и коснется колена… и когда она уже прикоснется, мысль эта кристаллизуется в вашем сознании… и вы удивитесь тому, как глупо было не замечать этого раньше…»
           Таков еще один пример процессуальной инструкции. Я потребовал, чтобы клиент увидел сон и вынес из него новое понимание. Но кроме того, я добавил определенные инструкции относительно того, каким образом подсознание будет учиться. Я сказал: «Возвратитесь, пересмотрите переживания вашего прошлого, извлеките разницу между тем, как вы поступаете, когда действуете на самом деле хорошо, и тем, как вы поступаете, когда действуете всего лишь удовлетворительно, и реализуйте этот новый опыт во сне».
           Однако если бы я выражался так, как только что говорил, это не подействовало бы на клиента. Не подействовало бы, потому что в этом нет силы и убеждения, нет правдоподобности. В этом нет также той искусственной неопределенности, которая позволяет подсознанию реагировать наиболее естественным для него образом. «Сон», «сновидение» – естественный смысл этого слова и состоит в том, что подсознание должно предоставить материал способом, не поддающимся контролю со стороны сознания, а затем постепенно внедрить его во что-либо более осмысленное уже на сознательном уровне.
           Мужчина: Что мне делать в том случае, если я хочу получить решение проблемы, связанной с таким множеством различных факторов, что я не способен учесть все эти факторы сознательно?
           Как поступить в подобном случае? Начните точно так же. Пусть клиент погрузится в сон. Это одна из инструкций, которую я применяю чаще всего.
           Затем, пусть клиент последовательно увидит шесть сновидений, каждое из которых представляет собой вариант предыдущего, несколько отличающийся по своему содержанию и характеру. Разумеется, клиент не сможет разобраться в первом своем сновидении полностью, потому что в нем будет участвовать слишком много различных факторов. Он не поймет до конца и следующее сновидение, но постепенно, с каждым новым сновидением, подсознание начнет извлекать, собирать вместе и систематизировать смысл и значение всех факторов, участвующих в этом процессе, будет выстраивать все более и более согласованную структуру. Процесс этот будет продолжаться вплоть до шестого сновидения, когда сознание окажется способным понять происходящее. Первое сновидение будет совершенно беспорядочным, бессмысленным. Второе – менее беспорядочным. Третье сновидение окажется все более осмысленным. В четвертом сновидении уже возникнет нечто определенное, но клиент не сможет еще ухватить мысль. В пятый раз ему уже будет казаться, что мысль сформировалась и вот-вот сорвется с языка. Но только на шестой раз окончательное понимание внезапно возникнет в его сознании. Это самый простой способ достижения сложной цели. Весьма замечательная инструкция.

    ***
    Перестройка распорядка

           Дороти: Что вы делаете в том случае, если клиент находится в состоянии транса, и вы еще работаете с ним, но ваше время уже вышло, надо заканчивать? Вы должны справиться с этой ситуацией, когда и где бы она ни произошла.
           То, что делают в таких случаях, я называю «перестройкой распорядка».
           Предположим, что вы психотерапевт, и к вам на прием пришла семья, которую вы лечите: мать, отец и с ними дочь, Джоан. Они все еще не пришли к взаимному согласию, а до прибытия следующего клиента осталась всего пара минут. В подобной ситуации у вас должна оставаться пара минут на то, чтобы свести концы с концами, дать последнюю инструкцию – абсолютно бессмысленную в том, что касается содержания, и предельно осмысленную в том, что касается процесса.
           «Мы много и хорошо поработали и задели на подсознательном уровне целый ряд вещей, чрезвычайно полезных для положительных преобразований. В последующие дни и недели вы заметите, как новое понимание возникает из вашего подсознания. Вы заметите изменения, преобразования в вашем поведении, возникающие в результате того согласования ваших проблем, которое мы начали здесь – и это приятно удивит вас. И когда вы соберете воедино все части своего я, которые сегодня обрели свое самовыражение, вы снова ощутите в самих себе энергию, восприняв которую, ваше подсознание сможет продолжить те процессы, которые начались здесь, продолжить их осмысление…»
           Это еще один пример процессуальной инструкции. Вы все время описываете только процесс и требуете: «Снова придите к взаимному согласию». Инструкция содержит постгипнотическое предположение о том, что поведение клиентов продолжит изменяться, потому что вы «задели», активизировали в подсознании некоторые вещи. Инструкция, по сути дела, сводится к следующему:
           «Продолжайте начавшиеся процессы, несмотря на то, что меня не будет с вами рядом». Вы можете предположить также, что подсознание клиента будет продолжать поиск оптимального решения и найдет его перед тем, как клиент проснется следующим утром. «В течение дня, пока ваше подсознание напряженно работает, отыскивая и проверяя различные возможные решения для того, чтобы найти единственное решение, соответствующее нуждам всего вашего организма в целом, предоставьте вашему сознанию обеспечивать вашу безопасность и успешно решать все задачи, которые встретятся вам в течение оставшегося дня. Итак, пока ваше подсознание работает, ваше сознание будет решать повседневные задачи и обеспечивать вашу безопасность». Преимущества такого рода инструкций в их сжатости. Они интегрируют, связывают личность воедино и заново мобилизуют ее ресурсы.
           Я помню, как однажды, когда я только начинал заниматься гештальт-терапией, я демонстрировал своей группе, как я работаю с клиентом.
           У меня не было ни малейшей идеи относительно того, что я делал, я говорил и говорил, но ничего не происходило. Тогда, чтобы как-то закончить, я сказал: «Ну что же, Ирв, мы хорошо поработали сегодня и активизировали множество внутренних ресурсов, имеющихся в вас. Я хочу, чтобы вы были особенно внимательны и чувствительны к тем изменениям вашего поведения, которые произойдут в течение следующих двух недель, пока мы не встретимся опять, – к тем изменениям, которые явятся непосредственным результатом удивительной работы, совершенной вами сегодня. Не удивляйтесь тому, насколько радикальными будут эти изменения, здесь нет ничего удивительного – ведь эти изменения будут точно соответствовать вашим собственным нуждам». То, что я сказал, ровным счетом ничего не значит, но это действует. Это пример постгипнотического предположения.
           Если вы будете выполнять упражнение в рамках нашего семинара, работая с партнером, находящимся в состоянии транса, и вам придется быстро заканчивать, потому что начинается следующая часть лекции, прежде всего затратьте несколько секунд на то, чтобы подстроиться к дыханию партнера. Затем скажите: «Я хотел бы, чтобы у нас была возможность встретиться снова… Позвольте себе расстаться на время… с важными и значительными вещами… которые стали доступны для вас… благодаря происходящему процессу… Извлеките из вашего переживания… некое чувство прилива сил… обновления возможностей… и возвращайтесь… к вашему обычному состоянию… сюда, в это помещение, где я рядом с вами… и где скоро начнется следующая часть лекции».
           Такая перестройка лучше всего подходит к тому, что мы делаем здесь, на семинаре. Принципы инструктажа, примененные мною в этом случае, те же, что и в других примерах, которые я уже приводил.

    Построение обобщений: гипнотическая утилизация

           Следующий вопрос, который я хочу задать, такой: «Как выбрать нужные переживания и как построить на них последующее обучение?» Если бы я вручил вам волшебную палочку, с помощью которой, пять раз прикоснувшись к голове партнера, вы могли бы вызвать в нем пять переживаний, какие пять переживаний вы использовали бы, чтобы изменить личность партнера? Мысленно изберите одного из клиентов, с которыми имели дело, и решите, как, по вашему мнению, ему следовало бы измениться. Причем представьте себе это более определенно, не произносите про себя фразы типа «Ему следовало бы повысить свое самоуважение». Каких изменений вы хотели бы на уровне сенсорных впечатлений?
           Как стали бы происходить такие изменения?.. Иначе говоря, в каком переживании, по вашему мнению, нуждается ваш партнер для того, чтобы измениться именно так, как вы этого хотите?
           Очевидно, что переживания следует вызывать в той последовательности, которая послужила вам или кому-нибудь другому основой для построения уже существующих обобщений. Содержание ваших личных обобщений при этом не имеет значения, потому что процессы, с помощью которых разные люди строят свои обобщения, в сущности, одинаковы. Люди, страдающие фобией, строят обобщения, связанные с лифтами, с подвалами, с водой, или с чем-нибудь еще, что сопряжено с опасностью. Все присутствующие имеют свои обобщения, связанные с процессом обучения, и эти обобщения влияют на то, как вы в настоящее время обучаетесь гипнозу. Возможно, что у некоторых из вас есть обобщения такого рода: «У меня получается все, за что я ни возьмусь». Такое обобщение может быть основано на множестве примеров из вашего жизненного опыта. Некоторые люди формируют обобщения, основанные только на одном переживании – так чаще всего возникает фобия. Другим людям для формирования обобщений требуется большее количество примеров.
           Если вы хотите изменить кого-нибудь, вы можете вызвать у этого человека такое переживание, которое сформирует в нем новое и более удачное обобщение и тем самым сделает его жизнь более конструктивной. Разумеется, первым делом вы должны решить, какое обобщение вы хотели бы построить. Как вы это определите?
           Мужчина: Нужно спросить партнера, чем он восхищается в ком-нибудь другом. Хорошо, сделайте это, – и вы обнаружите то, что кажется вашему партнеру полезным для него. Я делаю не так. Я полагаю, что если клиент захотел сделать выбор лучший, то он обязательно этому научится, и этого вполне достаточно.
           Меня не собьешь с толку рассуждениями вроде: «Не следует обманывать людей» и т.д., потому что я знаю, что как раз те, кто разъясняет пациентам, что им нужно сделать для того, чтобы измениться, вводят их в заблуждение.
           Мне все время приходится встречать людей, ставших жертвой такого заблуждения. Когда я занимался частной практикой, более половины пациентов обращались ко мне потому, что были фрустрированы психотерапевтами, нередко даже «не руководящими» психотерапевтами. Эти специалисты не понимали, что они делают. Они, по-своему, хотели помочь клиентам, но вместо этого фрустрировали их.
           Например, некоторые психотерапевты много говорят своим клиентам о самоуважении, и они начинают чувствовать себя плохо оттого, что у них такого самоуважения нет. И это происходит все чаще. Большинство пациентов, впервые попадающих на прием к психотерапевту, не мучаются от того, что они мучаются. Выйдя от психотерапевта, они мучаются еще и от этого: им рассказывают, что человеку необходимо самоуважение, они беспокоятся, потому что недостаточно уважают себя, и им становится еще хуже! Когда вы предлагаете людям свои концепции, соблюдайте осторожность, позаботьтесь, чтобы ваши разъяснения были им только полезны.
           Некоторые психотерапевты говорят своим пациентам, что они смогут быть счастливы, если примирятся со всеми своими недостатками. Иногда это действует прекрасно. Например, это один из лучших методов работы с пациентами, страдающими истерическим параличом (истерическим бессилием).
           Мужчина: Что вы подразумеваете, когда говорите о «счастье»? Что значит, по-вашему, «быть счастливым»?
           Я здесь не для того, чтобы заниматься философией; я имею в виду субъективное переживание радости по какому-либо поводу. Счастье – субъективное кинестетическое переживание, при котором человек не ощущает боли и испытывает определенного рода стимуляцию нервной системы, которую он описывает сам себе как достижение результата, превосходящего ожидания и соответствующего его желаниям. Видите ли, когда люди приходят к психотерапевту и стонут, и хнычут, и жалуются, – мне не кажется, что они счастливы.
           Если вы, в качестве клинициста, не справляетесь со своими проблемами, трудно рассчитывать на то, что вам удастся найти в себе основание для действий, которые помогут кому-нибудь другому. Когда я преподавал студентам учебную программу по поведению, важной составной частью самой программы являлось строжайшее требование держать себя в руках и соблюдать режим – с самого начала обучения, раз и навсегда! Если бы я узнал, что какой-нибудь студент проводит целые ночи в долгих, многозначительных беседах со своей женой, или же питает склонность к любовным приключениям – и, следовательно, то, чему он должен научиться подсознательно, не вырабатывается, – я немедленно исключил бы такого студента из своей программы. Студенты знали, что я на это способен, и соблюдали режим.
           Для меня имеет первостепенное значение, может ли человек позаботиться о самом себе. Я говорю не о способности к выживанию, а о способности получать удовольствие от жизни. На это я намекнул в заглавии своей будущей книги: «О`Кей – это еще не все!» Я не считаю «парадигму восстановления», принятую в психотерапии, хорошим правилом. Парадигма эта заключается в том, что вы должны поддержать, «восстановить» клиента в прежнем состоянии, когда он приходит к вам, несчастный и душевно искалеченный, – только часть общей картины. Меня гораздо больше интересует построение моделей, основанных на представлениях о творческих способностях.
           Мы только начинаем использовать возможности человека в области обычной медицины. Издавна врачи использовали модель, основанную исключительно на принципе восстановления прежнего состояния. Только одно достижение медицины на самом деле поразительно – изобретение вакцинации. Тот факт, что человеку можно привить вакцину против полиомиелита, и это предохранит его от заболевания, потрясает воображение. Это лучшее из всего, что сделала медицина – и не основано на принципе восстановления утраченных способностей.
           Используя свои творческие способности, вы видоизменяете вещи таким образом, что они становятся лучше, чем были прежде. Вы используете естественные возможности системы для того, чтобы сделать ее еще более эффективной. Я думаю, что это всеобъемлющий принцип. Что бы я ни делал, и над чем бы я ни работал, я хочу сделать это не просто успешно – лучше, чем это необходимо.
           Мой личный критерий успешного выполнения работы состоит в том, чтобы люди становились счастливее. Такова моя этика. Вы можете делать людей несчастными, если угодно. Но что бы вы ни делали, вы должны заранее выбрать цель – определенные окончательные состояния. Если вы юрист, вашей целью не будет сделать человека счастливым, ваша задача – убеждение: вы должны будете убедить людей в тех или иных вещах. Если же вы клиницист, то, надеюсь, выберете в качестве окончательных состояний счастье и умение.
           Многие психотерапевты выбирают в качестве окончательного состояния понимание. Они успешно осуществляют принцип, гласящий, что людям необходимо понимание, их пациенты узнают, в чем они ошибаются, что в них неправильно. Эти психотерапевты заканчивают работу с пациентом, когда он приходит к такому пониманию, несмотря на то, что он по-прежнему не способен справиться с жизненными трудностями, не может стать счастливым. Другие психотерапевты направляли ко мне таких клиентов, которые, придя на прием, садились и начинали пространно и подробно объяснять мне, в чем состоят их проблемы, почему они возникли и как воздействуют на их жизнь. Я говорил им: «Все это действительно очень интересно, – но чего вы хотите, что вам нужно?»
           Они отвечали: «Я хочу измениться, справиться с проблемами». Тогда я спрашивал: «Зачем же вы все это мне рассказываете?» Они отвечали: «Как, разве вам не нужно знать эти вещи?» Я отвечал: «Нет, я не должен об этом знать». Это их буквально ошеломляло – ведь они потратили пять лет и заплатили 50000 долларов за то, что их фрустрировали, привели в состояние подавленности!
           Мужья и жены часто делают друг друга несчастными, когда стремятся к окончательному состоянию типа «я всегда прав». В конце концов оба супруга чувствуют свою правоту, но в результате становятся несчастными.
           Мы хотим научить вас построению обучения с помощью гипноза. Используя технику внушения, вы сможете получить любой желательный для вас результат.
           Если вы хотите научиться делать людей несчастными, то сможете превращать их в больных, страдающих истерическим параличом или фобией. Но лично мне такая деятельность не кажется возвышенной и благородной. Однако если это как раз то, к чему вы стремитесь, если такова ваша этика, у вас будет возможность добиться своей цели.
           Итак, я задал вам вопрос: «Какие переживания вы постарались бы вызвать у вашего клиента, чтобы он мог построить на их основе желаемое обобщение?» Это уже практический вопрос.
           Мужчина: Если уже имеющиеся у клиента обобщения построены на неприятных переживаниях, можно привести ему примеры переживаний противоположного рода.
           Правильно, это подействует. Я считаю, что обучение может происходить разными способами. Один из лучших способов обучить сознание чему-либо – привести примеры, опровергающие представления клиента. В нашей книге «Волшебное Я» содержится прекрасный пример такого образа действий. В одной из наших групп была женщина, которая не могла никому отказать, сказать «нет». Она легла на пол и стала кричать, жалуясь на свою беспомощность и на то, что люди не замечают ее, проходят мимо. Я спросил ее: «Что вы имеете в виду, когда говорите, что люди проходят мимо вас?» – и пошел через комнату по направлению к ней, делая вид, что собираюсь наступить на нее. С тех пор, по крайней мере, пока она находилась в группе, она остерегалась вести себя подобным образом.
           Она рассказала мне, что живет с двумя другими женщинами, которые заставляют ее все делать, подгоняют и понужают ее. Я спросил: «Почему же вам до сих пор не пришло в голову просто повернуться и сказать: «Я этого не сделаю»?»
           Сказав это, я вызвал одну из сильнейших несловесных реакций из всех, которые я когда-либо видел. Она побледнела еще сильнее и сказала: «Я не могу так сказать». Я спросил: «Что именно вы не можете сказать?» Она ответила: «Я не могу сказать им «нет». Тогда я спросил: «Что ж такого случится, если вы не вымоете посуду или не сделаете чего-нибудь еще?» Она ответила: «О, это просто невозможно».
           Она закончила тем, что рассказала нам одну из тех историй, которые чаще всего приходится выслушивать психотерапевтам. Она научилась не говорить «нет», когда была еще маленькой девочкой. Однажды, когда она собиралась идти в магазин со своей матерью, ее отец сказал: «Почему ты не останешься дома, со мной?» Она ответила: «Нет. Я пойду с мамой». Она ушла с мамой, а когда они верулись в квартиру, ее отец лежал на полу в луже крови. Его рука была вытянута так, как будто он на два дюйма не дотянулся до телефона. Отец ее был алкоголиком и умер незадолго перед тем, как они пришли.
           После этого она уже никогда не говорила «нет». Поэтому она, скорее всего, недолго сохраняла девственность. Она стала гомосексуалисткой, и это показалось мне весьма любопытным. Так одного переживания, связанного с ее отцом, оказалось для нее достаточно, чтобы построить такое обобщение: «Если я скажу кому-нибудь «нет», этот человек умрет».
           Я поставил ее в «двусмысленное положение», попросив ее попробовать сказать «нет» кому-нибудь из присутствующих. Она сказала: «Нет, я этого не сделаю». Тогда я спросил: «Я умер?» Она переспросила: «Что вы сказали?» И я ответил ей: «Вы только что сказали мне «нет». Я умер от этого?» С ней произошел целый ряд заметных наружных изменений, после чего она ответила: «Ну, вы даете, доктор!»
           Я заставил ее испытать переживание, опровергающее ее обобщение: «Если я скажу «нет», человек умрет». Теперь она уже могла сказать «нет» мне, потому что знала, что я от этого не умру – но все еще не могла сказать «нет» кому-нибудь другому. Тогда я попросил присутствующих подходить к ней и просить сказать им «нет». Таким образом я построил более широкую базу переживаний, дающую ей больший выбор действий.
           Работа с ней заняла очень много времени. Видите ли, когда вы знаете, что ошиблись, но не знаете, что предпринять дальше, в этом есть что-то ужасное.
           Я не знал тогда, как в этом случае применить гипноз. Если бы я знал, как применить гипноз, мне удалось бы изменить ее обобщение гораздо более легким, изящным способом, не причиняя боли, без борьбы. Позвольте мне предложить еще один способ построения обобщений. Каждый раз, когда вы воспринимаете что-либо как новое, вы уже знаете, как построить новое обобщение, связанное с этим новым фактом. Определив что-либо как «новое», вы можете построить обобщение, не требующее разрушения или изменения уже существующих обобщений. Приведите пример ситуации, в которой можно применить этот способ.
           Мужчина: Наверное, вы так работаете с детьми?
           Может быть. Но я хочу, чтобы вы привели мне совершенно определенный пример.
           Мужчина: Когда вы учите кого-либо умножению, и ваш ученик еще ничего об этом не знает, вы тем самым даете ему обобщенное представление о процессе умножения, которое не требует разрушения какого-либо из уже имеющихся у него обобщений.
           Правильно.
           Джуди: Я не согласна с этим. Я думаю, что вы не разрушаете никаких обобщений, когда обучаете сложению. Но когда я обучаю моих детей умножению, я вывожу принцип умножения из принципа сложения. Я говорю им, что умножение – это что-то вроде сложения, только делается немножко не так. Так что я думаю, в этом случае имеющиеся обобщения изменяются.
           Иногда случается, что гипнотические коммуникации возникают и в ходе нашей беседы, не правда ли? Джуди, по сути дела, сказала сейчас: «Обучая своих детей умножению, я действительно разрушаю существующие обобщения, потому что говорю им, что умножение – процесс, подобный сложению». Разумеется, я согласен с ее объяснением. Причина здесь кроется в том, что Джуди представляет себе умножение и сложение как взаимосвязанные процессы, говорит своим детям о том, что они связаны между собой, и тем самым разрушает уже имеющиеся обобщения. Конечно, эти процессы связаны между собой, но не больше и не меньше, чем сложение связано с вычитанием, делением, возведением в степень или чем-нибудь еще. Если бы она учила умножению как совершенно новой вещи, ей не пришлось бы разрушать никаких обобщений.
           Мужчина: Примером может быть и то, что мы делаем здесь. Когда я пришел сюда, оказалось, что до сих пор я ничего не знал о трансе. Для меня такое обучение совершенно ново, но мне не пришлось разрушать собственные обобщения, касающиеся жизни, действий, развития. Как только я усвоил, что в данной ситуации невозможно отправляться от уже существующих обобщений, я начал создавать новые.
           Я предположил, что существуют по крайней мере два способа построения новых обобщений. В одном случае следует разрушить уже существующее обобщение, в другом – просто построить новое. Видите ли, замечательный факт состоит в том, что один и тот же человек может пользоваться обобщениями, несовместимыми лруг с другом, противоречащими друг другу. Ничто не предохраняет его от такого образа действий. Целое направление в психотерапии основывается на том, чтобы помочь человеку избавиться от несовместимых обобщений и тем самым выработать непротиворечивое, цельное поведение. Согласно с этим принципом, достоверное, соответствующее действительности поведение есть поведение полностью последовательное, логичное.
           При этом не возникает необходимости разрушать имеющиеся обобщения или заставлять человека быть полностью последовательным в своих поступках. Гораздо проще определить что-либо как «новое», такое, относительно чего у пациента нет никаких обобщений и, следовательно, никаких ограничений. Это не означает, что пациент узнает, как ему действовать в дальнейшем – нет, это означает, что новый для него факт не вызовет в нем никаких противоречий. Еще один замечательный факт состоит в том, что вы можете определить для себя как «новое» все, что содержит в себе хоть что-нибудь новое. Например, если ваше обобщение заключается в том, что вы «не можете ужиться с вашей женой (или с мужем)», вы можете подразумевать под словом «ужиться» и нечто другое. Вы можете построить взаимосвязь совершенно нового типа, отличающуюся от всего, что вы знали раньше, потому что вы уже начали понимать в этом нечто, о чем не подозревали прежде. Прежде вы пытались преодолеть обстоятельства. Вы пытались отстоять свою точку зрения, остаться правым. Вы никогда не останавливались и не задумывались о том, как следовало бы поступать вам и вашей жене (или мужу) для того, чтобы действия каждого из вас не противоречили желаниям другого.
           Если я извлеку из вашей ситуации новый для вас вывод и обучу вас – и на сознательном, и на подсознательном уровне – тому, как именно следует себя вести в этой ситуации, уже имеющиеся ограничения будут только способствовать решению вашей проблемы. Они не будут иметь отношения к вашему новому обобщению; эти ограничения относятся только к тому, что вы уже привыкли делать, к тому, что не давало положительных результатов. В этом смысле недостатки могут стать весьма ценными качествами.
           Другой способ построения подсознательных обобщений заключается в приобретении всеобъемлющих методов познания. В Древней Греции существовало тайное общество, занимавшееся тем, что тогда называлось математикой. Теперь под словом «математика» подразумевают науку, но еще сравнительно недавно людей, занимающихся математикой, считали колдунами – и они сами считали себя чем-то вроде волшебников. Математика воспринималась как нечто подобное черной магии или тайному вероучению. Математики тех времен обнаружили, что существует два вида чисел. Сначала они выяснили, что существуют положительные числа, затем обнаружили процесс вычитания, а вычитание повлекло за собой существование отрицательных чисел. Это внесло раскол в ряды математиков. Некоторые из них полагали, что все действия выводятся из процесса сложения. Другие были убеждены, что числа следует считать объектом вычитания. Приверженцы этих двух точек зрения вели бесконечные споры, доказывая свою правоту. Затем явился некто и сказал: «Послушайте, можно оба этих принципа свести в одну схему и назвать ее алгеброй». Идея алгебры не потребовала разрушения чьих-либо представлений и никого не возмутила. Она потребовала только объединения, создания более широкой картины вещей.
           Я часто заходил в разные психотерапевтические группы, чтобы посмотреть, как работают другие психотерапевты. На одном семинаре всех нас собрали в одной комнате и объявили нам, что все мы сопляки и ничтожества. Нам сказали, что мы ничтожества потому, что плохо относимся к самим себе. Нам сказали, что если мы испытываем иногда замешательство и беспомощность, если нам не кажется, что мы стоящие люди, то мы просто болваны. Мы болваны, потому что у нас есть другая возможность – возможность относиться к себе хорошо.
           Изо дня в день нас подвергали этой жестокой пытке – предполагалось, что каким-то образом это поможет нам чувствовать себя лучше. Нас не учили тому, что уважать себя и не уважать, чувствовать себя хорошо и чувствовать себя плохо – все это части чего-то большего, что называется обратной связью. Видите ли, если вы относитесь к себе плохо, но это не приводит вас к мысли, что нужно изменить свое поведение так, чтобы чувствовать себя хорошо, это ни к чему не приведет и ничему не поможет. Если вы относитесь к себе хорошо, но причиняете страдания окружающим людям и не знаете об этом, потому что у вас нет обратной связи – это в равной степени бессмысленно. Потому что относиться к себе хорошо – это не то же самое, что поступать хорошо; и если вы поступаете хорошо, это не значит, что вы после этого почувствуете себя лучше.
           Из всего, что я наблюдал в людях, пожалуй, больше всего меня потрясло то обстоятельство, что люди, намеревавшиеся любить друг друга, ссорятся. Они ссорятся, и при этом делают такие вещи, что их взаимоотношения действительно становятся невозможными, и надолго. Обычно это происходит потому, что люди забывают, зачем они вместе, что они хотели делать вместе. Они забывают, что стали жить вместе потому, что хотели откровенных и близких отношений. Забвение усыпляет их разум, и они начинают спорить о том, куда им следует поехать в отпуск, как нужно воспитывать детей, кто должен выносить мусор и о прочих важных мелочах. И они на самом деле делают друг друга несчастными, и преуспевают в этом занятии. Они забыли нечто, неотторжимое от всего жизненного опыта, они забыли, в чем смысл их жизни.
           Теперь я хочу привести вам пример более традиционного гипноза, потому что слишком многие из вас погрузились в себя и не замечают происходящего. Я хотел бы, чтобы кто-нибудь из присутствующих вызвался выйти на сцену. В том, чтобы сидеть в кресле на сцене, есть некоторые преимущества – вы сможете видеть, как сто человек переходят из одного состояния сознания в другое, а они смогут видеть только одного человека – вас. Кто из присутствующих хочет быть добровольцем?
           Отлично. Как вас зовут?
           Женщина: Линда.
           Хорошо. Линда, вы замужем? (Да). Не могли бы вы подумать о чем-нибудь в поведении вашего мужа, что вызывает у вас чувство неприязни? Конечно, вам не нужно говорить нам, о чем именно вы будете думать, но я хотел бы, чтобы вы вообразили себе какую-нибудь черту в поведении вашего мужа, которая вызывает у вас идиосинкразию, неприятие – может быть, это какая-либо интонация в его речи, или привычный для него жест, манера себя вести – которая вам неприятна. Если он не делает этого, вы не чувствуете к нему неприязни, но способность положительно, доброжелательно реагировать на такое его поведение в будущем намного облегчила бы вам жизнь. Он будет вести себя по-прежнему, но вместо того, чтобы чувствовать себя плохо от этого, вы сможете продолжать радоваться жизни – больше того, вам будет еще приятнее жить… Итак, послушайте меня. Закройте глаза и вообразите себе такое время и место, в котором ваш муж вел себя таким образом. И когда вы увидите его таким, я хочу, чтобы вы были уверены… что вы можете различить, какая из его рук движется больше… вспоминая, замечаете, как именно он одет… и в какое приблизительно время дня все это было… Эти вещи сами по себе, конечно, не так уж важны… то, что при этом на самом деле важно… не обязательно… представляет собой какую-нибудь вещь… Потому что в вашем прошлом, в вашей памяти… хранится переживание… в котором то, о чем вы думаете, было абсолютным фактом… противоречащим тому, во что вы поверили позже… Такова природа времени… Время изменяет все… Действительно, если бы не было времени… ничто вообще не изменялось бы… Свет не может существовать без движения… и движение не может существовать без времени… Теперь я хочу, чтобы вы начали идти – далеко, далеко назад, возвращаться в свое детство, и я хочу, чтобы вы обнаружили в своем детстве давно ушедшие приятные воспоминания, о которых вы не вспоминали долгие годы… Потому что в вашем детстве… с вами случались разные вещи, много вещей… радостных вещей… и важных вещей… Теперь самая важная вещь заключается в том… что ваше подсознание… начинает учиться... отделять… одну вещь от другой… начинает работать активно… и перебирать воспоминания вашего детства… чтобы найти одно из них… более чем… приятное… И я хочу… чтобы вы радовались этому поиску… так нужно… Когда вы найдете это приятное воспоминание... я хочу, чтобы вы пережили те чувства… которые испытали тогда… Погрузитесь в это воспоминание… Замечайте запах и звуки… и вкус того, что происходит… Потому что погрузившись в это воспоминание… ваше сознание наслаждается… И все, что происходит в этом воспоминании… – основание, на котором ваше подсознание… сможет построить совершенно новое понимание… Итак, в этом воспоминании… приятном воспоминании… нечто происходит… Знаете ли вы, как называется то, что происходит?.. Правильно… Запомните это слово… Эту фразу… которую вы сможете вспомнить потом. Теперь, вспоминая свою жизнь… вы переходите от одного воспоминания к другому… Только это еще не воспоминания, пока что это переживания… И тем временем, пока вы переходите от одного переживания к другому… вы обнаружите одно из них, радостное переживание… но, когда вы найдете его, ваша радость превратится в нечто другое… потому что тогда у вас было и множество очень неприятных переживаний… некоторые из них испугали вас… с некоторыми из них вы боролись всю жизнь… из них вы научились многому в вашей жизни. Так оно и должно быть… И когда вы снова испытываете такие переживания, вы говорите себе: «Это никогда не повторится»… И время шло… и эти неприятные переживания ушли в прошлое, растворились, они стали основой… для ясного понимания того… как надо успешно бороться за место под солнцем… Это полезно… Однако это далеко не так полезно… как если бы вы произнесли ту фразу… которой назвали свое приятное воспоминание… Скажите себе эту фразу… и когда вы ее произнесете… вы сможете вернуться в это воспоминание опять… Так оно и должно быть… Погружайтесь снова… в это приятное воспоминание… И снова испытайте удовольствие… Так оно и должно быть… Потому что вы забыли кое-что сделать… Большинство людей забывает… Когда вы переходите от приятного переживания к неприятному, вы не используете пережитую радость как образец для подражания… С другой стороны, когда вы оставляете неприятное переживание и переходите к приятному, неприятное ощущение вы так или иначе уносите с собой, это легче
           сделать… Конечно, может быть, это глупо, но легче поступить именно так… И если вы немного подождете… и глубоко вздохнете… и дадите этому неприятному воспоминанию окончательно исчезнуть… и станете двигаться дальше… возвращаясь к тому приятному воспоминанию… к тому радостному воспоминанию… и когда вы уже погрузились в это воспоминание… вы говорите себе… «Я никогда больше этого не забуду»… Потому что некоторые вещи… – это источник… того, что вы хотите взять с собой, чтобы это было всегда в вашем распоряжении… И некоторые вещи тяготят вас… и они больше не нужны... Давным-давно… моя тетушка говорила мне… что, когда бы ни случилось что-нибудь плохое… я должен это запомнить и никогда этого не забывать, потому что если я это забуду… это случится опять… Если бы я мог последовать ее совету… я потратил бы очень много времени, пытаясь вспомнить огромное множество плохих вещей. Но если у вас было плохое переживание, и вы сказали себе: «Это никогда не повторится»… вы можете надеяться на свое подсознание, которое подскажет вам, чего избегать в будущем… И если вы говорите себе: «Я только что забыла взять с собой то приятное воспоминание и снова почувствовала все эти неприятные ощущения, и я никогда не сделаю этого снова»… вы можете возвратиться к радости... погрузиться в приятное вспоминание… и, может быть, вспомнить другое, еще более приятное воспоминание… Найдите воспоминание, которое, может быть, даже приведет вас в смущение, над которым вы смеетесь, или которое смеется над вами… может быть, в нем много нежности… а может быть, в нем много веселья… Вы прошли через детство… и теперь вам уже пятнадцать лет… и вот вы уже взрослая… Вы, так сказать, справились с этим… Но раз уж вы справились с этим… тогда зачем вам расставаться с теми приятными вещами, которые вы узнали?.. Гораздо лучше и полезнее взять их с собой… Всмотритесь – какое из всех воспоминаний, обнаруженных вашим подсознанием, самое приятное… Вы можете вспоминать и сознательно, но подсознательно вы умеете отбирать воспоминания гораздо быстрее… и гораздо успешнее… Ваше подсознание знает о ваших переживаниях гораздо больше, чем я… и с высокой скоростью перебирает воспоминания… и выбирает одно из них, о котором ваше сознание никогда не думало, приятнейшее, единственное в своем роде… подсознание может выбрать и несколько воспоминаний, если таков будет его выбор… Оно позволит вам предоставить отрывок одного из воспоминаний… подробность другого: оно может возбудить в вас целую последовательность приятных воспоминаний… И когда оно это делает... вы не можете проследить за этим… но это то же самое, что вы делали в детстве каждый день… первые четыре года вашей жизни… и каждый день делаете до сих пор… Вы не перебираете переживания и воспоминания, пытаясь определить их смысл… так, чтобы это было полезно… И если вы найдете эту нить… это позволит вам почувствовать себя хорошо… после того, как очень медленно, постепенно почувствуете тепло ваших ладоней… начиная постепенно прикасаться одной рукой к другой… тепло и поверхность кожи… И теперь, когда вы сложили ладони вместе, я хочу, чтобы вы увидели вашего мужа делающим то, что вызывает у вас неприятие, идиосинкразию… то, что вам не нравилось раньше… и я хочу, чтобы вы смотрели на то, как он это делает… и сохраняли эти приятные ощущения… и понимали, как хорошо чувствовать, что у вас есть что-то особенное, единственное в мире… Так оно и должно быть… Наилучшее из переживаний, какие вообще могут быть у человека – это чувствовать… что есть кто-то особенный, единственный в мире, существующий только для него… Видите ли, вы могли бы заметить одну вещь… что, когда вы находитесь в одной комнате с женщиной, у которой на руках ее ребенок… и вы смотрите на ее лицо… в этом лице есть нечто очень особенное… и очень значительное… И это особенное качество – и есть нечто необычайно важное… Теперь… когда я уже многие годы работаю с людьми… мне приходится видеть многих, кто об этом забывает… мне приходится видеть матерей, которые кричат на своих детей, кричат в присутствии меня – они бранят их, бьют их, они заставляют их ненавидеть себя… Они забыли это особенное чувство, они думают, что говорят о более важных вещах… Это ужасное опустошение в людях… Когда вы увидите вашего мужа, делающего то, что вызывает у вас идиосинкразию… сжимайте ваши ладони… и когда вы почувствуете это приятное ощущение в себе, эту счастливую нить радости, значит, вы не просто сжали руки, вы держите в них что-то особенное… Теперь я не знаю… чувствуете ли вы, что способны позволить себе… поступать иначе… но я знаю из опыта всей моей жизни, насколько важно для меня… уметь ценить все качества, радоваться всем качествам особенного для меня человека… единственного, индивидуального… не только некоторые из этих качеств – потому что вы учитесь как раз тому, что этого недостаточно, не тому, что ваше подсознание может помочь вам выбрать одну черту поведения и сделать ее терпимой, удовлетворительной… а тому, что ваше подсознание сможет ценить любую неприемлемую, неприятную черту поведения… Я помню, что, когда я был молод… я не любил хлебные корочки… И когда я брал в руки бутерброд, я сразу отрывал корку и скармливал ее собаке… Я делал это украдкой, потому что моя мать считала, что корочка этого «чудесного хлеба» очень питательна… Моя мать была весьма наивной женщиной. Но прошло время, и я обнаружил, что есть и такие сорта хлеба, у которых действительно вкусная корочка. Например, у французского хлеба, который выпекают в Сан-Франциско, у некоторых сортов пшеничного хлеба, и еще у некоторых зажаристых пирожных этакого странного, причудливого вида. Да, я обнаружил, что прошло время, и мои вкусы... изменились... одно сменилось другим… и по мере того, как ваши вкусы изменяются и вы учитесь ценить нечто, что вы прежде не ценили… это позволяет вам… все яснее сознавать… что именно… делает это нечто очень важным. И, сверх всего этого… существует еще нечто, оно приближается… – вы начинаете… процесс… который сможете продолжать многие годы… процесс обучения использованию ваших подсознательных способностей… погружаться в глубокий транс, если вы этого захотите… или просто сообщаться… с подсознательными сторонами вашей личности… для того, чтобы учиться… и изменяться… Теперь вам может помочь еще кое-что… вы можете осознать… сопротивление, которое оказывает одна ваша нога другой… Если вы очень медленно начнете двигать правую ногу, вы сможете подняться… Но если вы оставите правую ногу неподвижной… и начнете двигать левой ногой, произойдет нечто другое… Попытайтесь… Не правда ли, это любопытно?.. Почему бы вам теперь не использовать правую ногу?.. И, под собственным контролем и управлением, возвращайтесь сюда, в Большой Бальный Зал. Отлично, благодарю вас. Вы можете вернуться на свое место.
           То, что я только что проделал с Линдой, можно назвать по-разному, потому что я применил множество различных приемов. Некоторые приемы были явными и прямолинейными, некоторые – нет. На простейшем уровне все это было процессуальной инструкцией. Инструкция эта включала в себя гипнотические словесные шаблоны и, посредством нескольких последовательных этапов, привела Линду к обучению.
           То, что я делал, можно назвать и повторным зацеплением. Я вызвал положительные переживания и приложил их к тем ситуациям, в которых муж Линды вызывал у нее раздражение. Я проинструктировал ее об этом словесно, но словесная часть моей инструкции была наименее важной для получения реакций. Я осуществлял также интонационное зацепление: я использовал одну интонацию для зацепления положительных переживаний из ее прошлого, и другую интонацию – для зацепления того, что делает ее муж. Затем, когда я говорил о поведении мужа, я постепенно изменил интонацию, и она стала такой, как та, с помощью которой я описывал ее положительные воспоминания, в результате чего Линда выработала новую реакцию на поведение своего мужа. Вместе с тем я осуществил переработку (повторное вложение) содержания: я изменил смысл поведения мужа. Теперь, когда она услышит и увидит, как ее муж делает вещи, которые ей раньше не нравились, она просто будет констатировать для себя тот факт, что ее муж – единственный человек в мире, существующий специально для нее. Я включил в наведение и другие шаблоны из тех, о которых мы уже говорили здесь, и такие, которым мы сознательно не обучались. Среди последних я использовал один очень сложный шаблон, в котором применил метафору такого типа, который редко демонстрировался здесь до сих пор. Видите ли, существует два типа метафор. Один из них основан на изоморфизме. Например, если ко мне подходит женщина, у которой есть две дочери, и эти дочери ссорятся между собой, я могу рассказать ей историю о садовнике, у которого в саду растут два розовых куста, причем эти кусты переплелись между собой. Применяя изоморфическую метафору для наведения измененных состояний, вы рассказываете историю, однозначно взаимосвязанную с тем, что происходит, и затем либо выводите из нее определенное решение, либо предусматриваете очень неопределенное, «разомкнутое» решение. Об этом типе метафор вы можете прочесть в книге Дэвида Гордона «Терапевтические метафоры». Существуют и метафоры другого типа, вызывающие реакции, на самом деле представляющие собой исполнение приказа сделать что-либо или не делать чего-либо. Истории такого типа вызывают в клиенте реакции, не обязательно связанные с каким-либо событием из его личной жизни. В этом случае я могу, например, рассказать такую историю: я знаю человека, который был абсолютно убежден, что правильно действует в каких-то определенных ситуациях. Я, он и еще несколько человек вместе работали над созданием одного компьютера, причем у каждого из нас была своя идея относительно того, как это делать. Этот человек решил что-то такое сделать с трансформатором, что ни у кого из нас и в мыслях не было делать. Когда мы выразили свое несогласие, он закричал на нас и сказал, что даже времени не станет тратить на разговоры с нами по поводу этого дела. Он сказал, что на этом деле собаку съел, а мы ничего не знаем и ничего в этом не понимаем. После этого он подошел, взял этот трансформатор, подключил к сети, повернул выключатель, его ударило током, и он умер.
           Метафоры такого типа сильно отличаются от изоморфических. Например, в данном случае была бы вызвана реакция опасения, нежелания делать что-либо. Это преувеличенный пример того же, что я сказал Линде относительно матерей, которые забыли, для чего имеют детей. Я использовал и другие метафоры такого рода. Я рассказал историю о самом себе, о том, как мои вкусы изменялись по мере того, как я становился взрослее. История эта не имеет отношения к личному опыту Линды, насколько я знаю – она просто вызывает реакцию, реакцию на спонтанное изменение действительности. Реакции такого рода очень полезны при гипнотическом внушении. Такие метафоры особенно эффективны, если вы используете для получения реакций истории универсального типа. Под универсальными я подразумеваю истории, которые каждый может связать со своим личным опытом, и следовательно, каждый отреагирует так и не иначе. Почти все люди пережили увлечение каким-нибудь видом пищи, а затем разочаровались в нем – или наоборот – так что я знаю заранее, что, описывая подобное переживание, я вызову почти у всех одну и ту же реакцию: клиенту будет доступно переживание, означающее, что окружающие вещи постоянно и постепенно изменяются, что это возможно.
           Милтон Эриксон обычно использовал этот шаблон весьма успешно. Он вводил пациента в состояние транса и начинал рассказывать ему, как в первый раз пошел в школу и познакомился с алфавитом: «Сперва это показалось мне непреодолимо трудной задачей. Но теперь каждая буква сформировала перманентный (долгоживущий) образ в сознании, и алфавит стал основой для чтения и письма». Это универсальный пример для людей, существующих в рамках нашей культуры, пример того, как трудное становится легким. Даже если это на самом деле происходило совсем не так, взрослому человеку, когда он обращается к своему прошлому, кажется, что это происходило именно так. Это означает, что такое переживание вы можете использовать, работая с кем угодно, и вызовете реакцию, подсказывающую, что трудное – что бы это ни было – в конце концов станет легким. Когда люди просят помочь им измениться, будьте уверены – им изменение представляется весьма нелегким процессом. И в этом случае можно очень удачно применить метафору, поясняющую, как нечто трудное становится легким. Эриксон часто говорил своим клиентам о том, что значит быть маленьким ребенком. Он говорил: «Когда вы были еще младенцем, сначала вы научились ползать, вы ползали и рассматривали туфли и ножки стола, и видели весь мир с определенной точки зрения. Когда же вы встали на ноги в первый раз, у вас сразу появился целый ряд новых представлений о действительности. Вы увидели мир совсем другим. Когда вы изогнулись и посмотрели на мир вверх ногами, он опять показался вам совсем другим. По мере того, как изменялись ваши возможности, вы могли приобретать новые представления. И по мере того, как изменялись ваши представления, у вас появлялись все новые возможности».
           Описание такого рода на самом деле представляет инструкцию сделать что-нибудь – изменить свои представления. Эриксон описывает переживание, которое, без всякого сомнения, испытывал каждый из нас, и каждый из нас думает, что это было нетрудно. «Может быть, вы вспомните, как были ребенком, или подумаете о том, что значит замечать не только ковер, его маленькие таинственные волокна… вспомните, как в один прекрасный день вы научились стоять. Возможно, вы держались за чьи-нибудь пальцы или за спинку кровати и разглядывали окружающий мир. Вы могли уже не только смотреть вниз или вверх – вы могли смотреть прямо вперед. И все, что вы видели, казалось вам совершенно незнакомым. После этого изменился ваш образ действий, изменились ваши интересы, изменился ваш способ рассматривать вещи». Когда вы рассказываете подобную историю, не имеет значения, соответствует ли в точности происходящее тому, о чем вы говорите. Главное в том, что взрослые обращаются к прошлому, пытаются представить себе, что значит быть ребенком, им кажется, что все это могло бы происходить. Это означает, что все взрослые выработают одну и ту же универсальную реакцию в ответ на такого рода историю. Если вы просите кого-либо вообразить себе подобное переживание, а затем все, что вы говорите об этом переживании, служит образной основой для последующего изменения, решения какой-либо частной проблемы, – такая последовательность представляет собой команду, приказ. В рамках настоящего семинара мы не будем подробно останавливаться на метафорах такого типа. Однако вы сможете работать с клиентами еще успешнее и воздействовать гораздо сильнее, если примените такие метафоры описанным, очень простым способом. Вы можете подумать заранее о том, какого рода реакции вы хотели бы получить для того, чтобы легче произвести необходимые вам изменения. Затем придумайте универсальные переживания, включающие в себя такие реакции, и опишите эти переживания своим клиентам после того, как введете их в состояние транса. При гипнотическом внушении очень полезно вызвать еще одну реакцию – она вызывается переживанием, которое испытывает клиент, когда вы говорите, что его подсознание мудро, и он может на него положиться. Каковы универсальные переживания, на которые люди реагируют приемлемым образом, и при этом не думают о них сознательно?.. Например, вы можете рассказать о том, что во время бега мы не думаем об этом, но наше тело знает, когда сердцу биться быстрее, когда участиться дыханию, и когда они должны опять замедлиться. Сознательно вы совершенно не задумываетесь о том, с какой быстротой должно биться ваше сердце для того, чтобы доставить необходимое количество кислорода к мышечным клеткам – и в этом нет никакой нужды, потому что ваше подсознание полностью осведомлено о том, как и когда подобные вещи должны происходить.

    1 2 3 [4] 5 6 7 8 9 10

    новости    психология    этология    нлп    тесты    конференция    ссылки   вверх


    Copyright @FOLLOW 2000-2006
    Designed by follow.ru