новости    психология    этология    нлп    тесты    конференция    ссылки   Печать Контакты
Статьи - 5 последних
  •  Первый день на новой работе
  •  Женщина-руководитель: проблема самоактуализации в контексте полоролевых характеристик личности
  •  Полоролевые стереотипы как регуляторы самопринятия человека в качестве субъекта деятельности
  •  Гендерная интерпретация самоактуализации личности в профессии: проблемы и стратегии профессионализации
  •  Гендерные аспекты социальной адаптации в условиях ранней профессионализации
  • Тесты - 5 популярных
  •   Способны ли вы убить человека?
  •   Проверьте свою память
  •   Каков Ваш характер?
  •   Насколько Вы довольны жизнью?
  •   Довольны ли Вы собой?
  • Голосование
    Ваше мнение о навигации и удобству представления материалов данного сайта
    Организацию представления разделов и материалов нужно улучшить
    Нужны небольшие изменения в навигации
    Ничего не нужно менять

    результаты
    Поиск по сайту
    Расширенный поиск
    Рассылка новостей



    Начало - Этология - Трактат о любви, как её понимает жуткий зануда

     [1] 2 3
    Анатолий Протопопов
    Трактат о любви, как её понимает жуткий зануда


    Несколько слов об этологии человека

           Традиционную психологию, равно как и другие науки о человеке, всегда интересовал вопрос о соотношении биологического и небиологического в поведении человека. Причём в разное время как преобладающе значимое рассматривалось то биологическое, то небиологическое влияние. В 19-м и начале 20-го века вполне общепризнанным было мнение о преобладании биологического компонента. Наиболее известным (хотя и далеко не единственным) выразителем такой позиции можно назвать Зигмунда Фрейда. Однако, постоянно говоря фактически об инстинктах ("либидо" и "мортидо") и их влиянии на человека, он не предпринял даже попытки исследовать их физическую природу и генезис! Не удивительно поэтому, что его построения выглядели не очень убедительно, и постоянно подвергались критике. К тому же, основанная на сходной парадигме Евгеника серьезно дискредитировала себя связями с деспотическими режимами, использовавшими её для идеологической поддержки политики насилия. Поэтому начиная с 20-х годов 20-го века маятник качнулся в другую сторону, как всегда в таких случаях, перелетев через золотую середину. Вплоть до самого недавнего времени господствовала концепция веского преобладания социально-обусловленных компонент в поведении человека, иногда называемая концепцией "Tabula Rasa", то есть "Чистого Листа". В её рамках предполагалось, что человек при рождении являет собой чистый лист, на котором общество и среда пишут те или иные правила поведения, и что таким образом будет записано, таковым человек и будет. Однако с течением времени становилось всё более очевидной невозможность в рамках этой концепции внятно и без натяжек объяснить весь спектр поведенческих реакций человека. В то же время, многие из этих казалось бы, необъяснимых поведенческих реакций человека вполне естественно объясняются в рамках гипотезы наличия у человека мощного пласта врождённых поведенческих схем! Поэтому в самом конце 20-го века крайности в трактовке человеческого поведения стали устраняться, и воззрение на человека, как существо в очень немалой степени биологическое, рождающееся с далеко не ничтожным багажом готовых поведенческих схем, стали находить все более широкую поддержку. Едва ли не решающий вклад в это сделала появившаяся полвека назад наука ЭТОЛОГИЯ, и отпочковавшиеся от неё позже дисциплины. Этология изучает инстинктивные основы поведения живых существ путем сравнения поведения разных видов между собой. Человек для этолога - лишь зазнавшееся млекопитающее, т.е. один из равноправных биологических видов.
           Сравнивая между собой поведение представителей самых различных зоологических видов, от простейших, до самых высших, учёные обнаруживают удивительные параллели и закономерности, свидетельствующие о существовании общих поведенческих принципов касающихся всех представителей животного царства, и человека - в том числе. Подобные методы исследования мира очень плодотворны, и широко применяется в других науках. Например, астрономы гораздо лучше знают внутреннее строение Солнца, чем геологи - внутреннее строение Земли. А все потому, что звезд очень много, и все они разные - сравнивая их между собой, можно многое понять. А Земля одна, и сравнить её не с чем. Так же и в изучении человека. Ограничиваясь изучением только его самого, мы рискуем остаться столь же ограниченными в его понимании.
           Однако изучать этологию человека непросто. Помимо объективных трудностей, вытекающих из мощного влияния рассудка, маскирующего и модифицирующего многие инстинктивные проявления, исследователи регулярно сталкиваются с общественным неприятием самого этологического метода применительно к человеку. Многим людям кажется неприемлемым и даже оскорбительным сам факт сопоставления поведения человека с животными. И этому тоже есть этологическое объяснение! Заключается оно в действии инстинкта этологической изоляции видов, подробное рассмотрение которого выходит за рамки нашей книги (желающие могут обратиться к книге В. Дольника "Непослушное дитя биосферы"). Сущность этого инстинкта можно выразить в виде девиза "возлюби своего - вознелюби чужого"; "чужими" в нашем случае являются обезьяны, неприязненное отношение к которым распространяется и на тезис о родстве нашего поведения с их поведением. Казалось бы, теория Дарвина, несмотря на непрекращающиеся (в силу той же неприязни) и по сей день попытки её опровергнуть, прочно и и бесповоротно принята научным сообществом, и со своим происхождением от обезьян большинство образованных людей вполне согласно. Однако мысль о том, что то или иное чувство является голосом инстинкта, по прежнему вызывает у многих людей резкие протесты, по большей части не находящие рационального объяснения. А между тем, корень этой неприязни - как раз в подсознательном неприятии нашего родства с обезьянами. Помните об этом, мои уважаемые читатели.
           Что ещё может рассказать этолог о человеке? О многом. Об агрессивности, и природе власти, о врожденной морали и движущих силах национализма, и даже о странностях любви! И именно о странностях любви мы и поговорим в этой книге.

    Всё действительное - разумно;
    всё разумное - действительно.
    (Г. Гегель)
    Истинное знание - знание причин.
    (Г. Галилей)

    О чем речь

    Вопрос к Армянскому радио:
    Как предохраниться от беременности?
    Ответ: пейте Нарзан
    А когда пить, ДО или ПОСЛЕ?
    Ответ: ВМЕСТО
    (старый анекдот)

        Попытки общества просветить молодых (и не очень) людей в половых вопросах, на мой взгляд, крайне однобоки. Широко освещаются вопросы техники секса, предохранения от беременности и заболеваний. О да, обсуждать технику секса чертовски приятно, но между тем большинство трагедий на сексуальной почве происходит не из-за того, что делается это не так, как нужно, а из-за того, что не с теми, с кем нужно. Между тем про выбор партнера обычно говорится вскользь, бессистемно, противоречиво, и в силу субъективной и чисто умозрительной аргументации, неубедительно. Фактически всё сводится к рекомендации съесть пуд соли, и пить нарзан. Однако, скушанный пуд соли - ещё не гарантия, что дальше всё будет хорошо, и с другой стороны, пока его кушаешь, можно упустить не один, действительно подходящий вариант.
        В течение всей писанной истории человечества считалось желательным доверяться в выборе чувству любви, а в последние десятилетия и того более – любовь, как заклинание, стала противопоставляться минутным увлечениям, считаясь как бы гарантией безошибочности выбора. Однако до сих пор строго не доказано, что это доверие оправдано – ведь разница между «большой» любовью и минутной симпатией чисто количественная, а не качественная. Вместо этого объясняются и красочно описываются возникающие при этом ощущения, но коренная логика этого явления остаЁтся за кадром, или просто отрицается, относимая к чему-то сверхъестественному. Не следует искать тайну там, где её нет – все эти иррациональности любви на деле вполне рациональны, логичны, и по-своему разумны. Для того, чтобы увидеть эту рациональность, необходимо только лишь перейти к другой системе координат – от цивилизованной к первобытно-стадной. Ниже я попытаюсь показать, как это сделать, и доказать корректность такого перехода. Конкретно, речь пойдет об инстинктивных основах брачного поведения людей как биологического вида. Сам процесс совокупления рассматривать не будем. Нас также не будет интересовать и собственно ЧУВСТВО, то есть те ощущения, которые испытывает влюбленный человек, и физиологические механизмы их возникновения
         Убеждён, что знание этой логики вовсе не обеднит восприятие любви, как прекраснейшего из чувств, подобно тому что знание устройства цветка не мешает ботанику восхищаться его красотой, а знание законов гармонии и устройства инструмента не мешает (и даже наоборот, помогает) музыканту наслаждаться исполнением шедевра.
        Инстинктивные основы поведения изучает наука ЭТОЛОГИЯ, однако популярных публикаций на тему этологии брачного поведения людей практически нет, и я надеюсь, что данная статья этот пробел в какой-то мере восполнит.

    А зачем, собственно, размножаться?

    Кто в этот мир пришёл – того печаль понятна
    В небытие вернуться должен он обратно
    (Омар Хайям).

        В течение жизни любого живого существа генетический материал постепенно искажается, в нем накапливаются ошибки, в результате организм столь же постепенно снижает жизнеспособность и в конце концов умирает. Мы не будем рассматривать другие теории старения, т.к. это выходит за рамки нашей темы. Феномен размножения известных нам живых существ состоит в том, что потомки получают гены, практически свободные от этих накопленных ошибок. В противном случае дети бы наследовали от родителей не только особенности строения тела, но и… возраст, и смена поколений очень быстро бы заглохла, а вернее просто бы не возникла.
      Короче говоря:
    • Размножение – способ очистки генетического материала от искажений, т.е. как бы способ жить вечно.
    Почкованье и половой процесс

    Умножение лучше всего производить делением.
    (Из разговора двух амёб).

       Вегетативное размножение сводится к простому делению клеток, но процесс деления клетки при всей его внешней простоте очень сложен. Генетический текст при этом не просто раздваивается, после раздвоения хромосомы очень хитро обмениваются различными своими участками; в результате чего дефектные гены исключаются, и не передаются потомкам. Лишь после этого клетка разделяется на две части. Однако довольно велика вероятность, что повредятся все экземпляры гена в спиралях хромосом, и взять неповреждённый будет негде.Чтобы исключить, или сильно уменьшить эту вероятность, природа и пришла к половому процессу. Коренное отличие его от вегетативного состоит в том, что обмениваются участками два неидентичных генетических набора, взятых от разных особей, в которых практически отсутствуют совпадающие повреждения генов. Кроме того, открывается возможность комбинировать в потомках свойства и признаки, полученные от разных родителей, что облегчает приспособление к меняющимся условиям внешней среды.
        За преимущества полового процесса приходится платить. Вегетативный проще в осуществлении, и надёжнее, поэтому многие живые существа практикуют и то и это. К половому процессу обычно прибегают при ухудшении условий жизни, когда учащаются ошибки в генах, да и необходимость что-то менять в жизни становится более очевидной. Когда всё хорошо, то просто делятся.
      Короче говоря:
    • Несмотря на сложность в осуществлении, половой процесс обеспечивает более качественную очистку генетического материала при смене поколений;
    • Порождает большее разнообразие свойств и качеств особей вида, что даёт преимущества при адаптации к условиям внешней среды.
    О гермафродитах и эволюции способов размножения

    Не умножай сущностей без необходимости.
    (В. Оккам)

        В половом процессе должны участвовать две разные особи, но ниоткуда не следует, что они должны быть РАЗНОГО пола. Гермафродиты практикуют половое размножение, но пол у них только один! Каждая особь-гермафродит имеет полный комплект половых органов, т.е. с равным успехом может выполнять роль как «самца», так и «самки», и нередко делает это одновременно. Например, некоторые виды улиток копулируют большими группами, соединившись в длинные ленты и кольца.
        Гермафродитизм совсем даже не плох. Он надЁжнее и проще, чем раздельнополость. В самом деле, если бы мы с вами были в норме гермафродитами, то наша брачная жизнь сильно бы упростилась, причЁм вряд ли бы обеднела. Судите сами: помимо двухкратного роста шансов найти себе спутника жизни, мы бы имели и как минимум упрощение самой процедуры знакомства и ухаживания. Почему же тогда однополые не господствуют на земле? А вот тут начинается самое для нас интересное…
        Жизнь зародилась на Земле около 3 – 3,5 млрд лет назад, и первоначально размножалась вегетативно. Момент «изобретения» полового способа точно не известен, однако первые многоклеточные организмы, появившиеся около 800 млн лет назад, половой способ уже использовали, хотя бы изредка. Из тех, дошедших до нас организмов (улиток, червей и т.п.), большинство – гермафродиты, т.е. однополые явно появились раньше. Их господство заканчивается в силурийский период (ок 400 млн лет назад), а вместе с ними заканчивается господство однополого размножения. С тех пор господствует раздельнополое – оно явно даёт видам какие-то важные преимущества. Какие?
        Одно из этих преимуществ самоочевидно. Некоторые гермафродиты имеют возможность совокупляться сами с собой, и в отличие от онанистов, иметь от этого потомство. Естественно, что такой предельный инцест противоречит смыслу полового процесса, и должен быть как-то предотвращён – такое «половое размножение» мало отличается от вегетативного. Впрочем, истинные гермафродиты самосовокупляются редко, и как правило, по очень уважительной причине – другой особи, в пределах досягаемости просто нет. В противном случае срабатывают какие-то механизмы исключения самооплодотворения. Изначально, специализация полов – один из этих механизмов, однако одного этого явно мало, чтобы потеснить гермафродитов…

    О разнополых и половом отборе

    – Ты меня любишь?
    -Да!
    -Ах, ну где же эти пчёлы…
    (из разговора двух цветков)

        После старика Дарвина как-то принято считать (отчасти вопреки его мнению), что естественный отбор основан на спонтанной, случайной гибели существ, недостаточно приспособленных к условиям жизни. Такой отбор, в сочетании с изменчивостью, назвался двигателем эволюции. Между тем такой способ отбора крайне неэффективен. Сам человек, выводя новые породы животных или растений действует гораздо более результативно; он достигает результатов за несколько поколений выводимых животных или растений, а не за сотни тысяч лет. Сущность такой селекции состоит в сознательном отборе родителей исходных пород, несущих желаемые качества, и соответственно не допущении размножения других особей, желаемых качеств не несущих. Умерщвлять этих аутсайдеров, вообще говоря, не требуется. Какой гуманизм, а? Кроме того, остается ещё возможность исправить «судебную ошибку», если таковая произойдет.
        Очевидно, что использование самой природой подобных методов селекции способно резко ускорить темп эволюции, а тем самым улучшить адаптивность видов к меняющимся условиям жизни. Но как же природа могла бы это реализовать на практике? Ведь для этого необходим некий Судья, принимающий решения о том, кто достоин, а кто – нет. Проще всего конечно, привлечь гипотезу о существовании Бога, но это будет лишь уход от ответа. Вполне допустимо, чтобы этот Судья был не один, главное – чтобы все они судили более-менее однотипно.
        А судей много, и называются они самками. Именно они выносят вердикт, кому из самцов продолжиться в потомках, а кому – нет. Поэтому такой отбор называется половым. Известно, что сам Дарвин придавал большое значение половому отбору, но это почему-то не нашло должного отклика у других учёных.
        Возможен ли половой отбор у гермафродитов? Представим себе такую особь-гермафродита, которую следовало бы отбраковать, как производителя. Вот отказывают ей все, отказывают, отказывают – но натыкается она на вторую такую же бедолагу, и… как-нибудь они договорятся. У разнополых существ один отверженный самец другому такому же, в рождении потомства не поможет, а отверженных самок в животном мире не бывает. Ведь одного самца бывает достаточно для оплодотворения многих самок (исключения вроде богомолов – единичны), причём предела своей потенциальной плодовитости он как правило, далеко не достигает. Поскольку количество самцов в популяции обычно примерно равно количеству самок, а следовательно, оплодотворяющие возможности их в популяции сильно избыточны, то самки практически всегда имеют более или менее широкий выбор оплодотворителя. Он может быть замаскирован, но тем не менее всегда имеет место.
        Исключать с целью отбора самок из процесса размножения слишком рискованно, т.к. их нерождённых детёнышей другая самка не родит – она своих-то детёнышей рождает столько, сколько может, а тут ещё за кого-то там другого… То ли дело самец! Не зачатых именно им детёнышей с удовольствием зачнёт другой, да и ещё не откажется…
        На практике так оно и есть. У морских котиков 1/6 всех самцов оплодотворяют 5/6 всех самок, остальные вынуждены делать вид, что не очень-то и надо… ЕщЁ более резкие диспропорции наблюдаются у морских львов, где 4% самцов обеспечивают 88% спариваний! Такая картина типична для всех стадных животных. Среди самок животных живущих парами, особенно среди птиц, распространена привычка оплодотворяться до образования пары (семьи), а бывает, что и после, но от другого самца, причём нередко на виду у «законного мужа». То есть пара образуется как бы для ведения хозяйства, а оплодотворение нередко происходит по вполне стадным законам. Кроме того, самцов обычно рождается чуть больше, чем самок (и тем больше, чем хуже живётся виду!). Все это оставляет пространство для выбора даже у строго парных животных.
         Растения, даже двудомные, практически не в состоянии производить такой отбор (см. эпиграф), поэтому полная раздельнополость (двудомность) в растительном мире так и не стала преобладающей, и сохраняется видимо только как один из способов предотвращения самооплодотворения.
        Таким образом, разделение полов предполагает в какой-либо форме явную или скрытую копулятивную полигинию, а
      
      Фундаментальный принцип раздельнополого размножения –
    принцип незаменимости самки.

        Для ускорения отбора, и придания ему целенаправленности, какая-то часть, в принципе потентных самцов обязательно будет исключена из процесса размножения с соответственным ростом доли остальных.
        Из принципа незаменимости самки следуют принципиальные же отличия поведения самок и самцов. Поскольку самки представляют гораздо большую ценность для популяции, а самцы рождаются в объективно избыточном количестве, следовательно, их персональная ценность для вида гораздо ниже. Это обстоятельство закреплено в соответствующих инстинктах, требующих от самок проявлять осторожность, избегать риска, заботиться о себе, и требовать заботы о себе от окружающих. В рамках этого инстинкта, к примеру, женщины более эгоцентричны, и больше доверяют интуиции и чувствам, чем логике. Интуиция и чувства основаны на практическом опыте, в том числе всего вида, т.е. как бы проверены практикой, а потому подсознательно считаются ими чем-то более надёжным. Далее мы будем не раз к этой теме возвращаться, а в конце рассмотрим её подробно.
      Короче говоря:
    • Раздельнополое размножение обеспечивает резкое ускорение естественной эволюции путём организации эффективного полового отбора, в ходе которого часть самцов целенаправленно отсеивается.
    О разнообразии и риске

    Без рождённых ползать – летать не могут.
    (Приписывается М. Горькому)

        Если все особи вида будут похожи друг на друга, как гайки на конвейере, то вся суета с выбором будет лишена смысла. Чтобы выбор имел смысл, необходимо должное разнообразие особей вида. Конечно, за сотни и тысячи поколений вполне можно сформировать некий оптимум качеств, который обеспечит наибольшую жизнеспособность каждой особи, а значит и вида в целом, но…
        Дело в том, что условия, в которых существует вид, отнюдь не постоянны, и в какую сторону они изменятся завтра, природа, несмотря на всю свою так называемую «мудрость», предугадать никак не может. Именно для этого необходимы особи с набором качеств, в данных условиях неоптимальных, не нужных, и быть может вредных. Ведь если условия изменятся, то какие-то из этих качеств могут оказаться очень кстати. Порождая таких особей, природа рискует – такие особи в данный момент менее жизнеспособны, но рисковать нужно, ибо кто не рискует, тот не выигрывает. Иного способа «предсказывать будущее», кроме слепого поиска наугад, природа не знает, что бы ей ни приписывали.
         А как бы ещё свести к минимуму нежелательные последствия этого риска? Как сделать так, чтобы последствия этих хаотических экспериментов, большей частью невпопад, не угрожали жизнеспособности всего вида в целом?
         Элементарно! Нужно только, чтобы самки по возможности от оптимума не отклонялись, а объектами экспериментов были самцы. Ведь неподходящих самцов можно смело отбросить, не опасаясь, что это уменьшит количество детёнышей во всей популяции. И наоборот, немногие выдающиеся самцы могут в принципе стать отцами всех детёнышей популяции.
        Давно замечено, что соотношение новорождённых самцов и самок сильно зависит от условий существования вида. В неблагоприятных условиях увеличивается доля самцов, таким образом увеличивается разнообразие, ускоряется и ужесточается отбор, а тем самым и адаптация вида к новым условиям. В благоприятных – доля самок, что создает условия быстрого роста численности вида.
      Короче говоря:
    • Для повышения эффективности полового отбора самцы, как объекты выбора, должны обладать большим разнообразием свойств и качеств, вплоть до явной неоптимальности отдельных особей, чтобы покрыть как можно более широкий спектр возможных потребностей вида.
    • Это разнообразие, в силу невозможности для стихийной эволюции осмысленного предсказания будущего, может быть только хаотически случайным.
    • Самкам же чрезмерное разнообразие ни к чему – это рискованно, а реализовать преимущества этого разнообразия не удастся (в силу небольшого количества потомков одной самки).
    О базисе брачной стратегии

        Почему, стремясь друг к другу, мужчины и женщины никак не могут друг друга найти? А потому, что поиск ведут в разные стороны, ибо имеют разные цели своих устремлений. Более того, это стремление друг к другу отнюдь не безусловно дружелюбно, и подобно поведению людей на рынке. Продавец и покупатель тоже стремятся друг к другу, но оба они стараются извлечь из сделки максимальную личную выгоду, часто невзирая на возможные убытки другой стороны. Природе, увы, чужды сентименты…
        Как уже было сказано, принцип разделения полов предполагает, что небольшая часть самцов оплодотворяет большую часть самок, вынуждая таким образом, большую часть самцов изображать неисправимых холостяков. Такая стратегия позволяет быстро закрепить в потомстве появляющиеся полезные признаки, избавляя самок от репродукции ненужных генов. Для этого необходимо, чтобы самцы и самки вели себя существенно различно при поиске брачного партнера.
         Любой самец должен стремиться к максимально частой смене самок, как бы предполагая себя носителем уникально-полезных генов. Представим себе, что у некоторого мужчины появился каким-то образом ген устойчивости, ну например, к СПИДу. Крайне важно этот ген срочно распространить в популяции как можно шире! А он, гад, верен только одной женщине. Сколько она может ему родить? Ну 10, максимум 20 детей, и по законам генетики этот ген получит только половина их. Это же преступление перед видом! А вот если себя вести подобно султану, то вполне можно народить 1000, и на пределе пожалуй до 2000 детей. Это уже кое-что… Так что общественное мнение не зря так сдержанно относится к мужской неверности – такова инстинктивная программа, и с биологических позиций очень, надо сказать здравая. Самец не должен ограничивать своей половой экспансии – на это есть самки.
         Таким образом, инстинктивная цель брачного поведения мужчин –
    больше женских тел, хороших и разных.
         А если такой уникальный ген обнаружится у женщины? Как она должна вести себя, чтобы этот ген, так сказать не канул в Лету, а наоборот, закрепился и размножился? В принципе, можно тоже увеличить количество детей, но увеличится ли оно от интенсивной смены мужчин? Разумеется нет, но от этого может существенно пострадать их (детей) качество! Не зря общественное мнение с гораздо большим осуждением относится к женской неверности – женщина, неразборчивая в половых партнёрах, не заботится тем самым о качестве своих детей! Мужчина, пристроивший свои гены к некачественной женщине практически ничего не теряет – если завтра подвернется качественная, то он пристроится и к ней; женщина же, зачавшая от некачественного мужчины, может исправить свою оплошность очень нескоро (природа не предполагает абортов), и вообще, число такого рода попыток чаще всего очень ограничено. Чтобы понадёжней закрепить свои гены в потомках, женщина должна усилить строгость отбора претендентов, чтобы не разбавлять свои, предположительно уникальные, гены чем попало. Но чтобы было из кого выбирать, она должна нравиться по возможности всем мужчинам. И чем большему количеству мужчин она нравится, чем больше у неё воздыхателей, тем шире её выбор. Идеал – влюбить в себя всех, но подпустить – одного, а может быть, даже и никого. Само совокупление при этом – едва ли не досадный побочный эффект процесса соблазнения.
         Итак, цель инстинктивной брачной стратегии женщин –
    больше мужских сердец, хороших и разных.
         А завладев сердцем мужчины, женщина может утратить к нему активный интерес, придерживая его только для коллекции. А тем временем соблазнять следующих.
         Следует подчеркнуть, что здесь обрисован лишь базис различий брачной стратегии. Ниже мы рассмотрим инстинктивные факторы, заполняющие этот базис конкретным содержанием.
      Короче говоря:
    • Для реализации преимуществ полового отбора самцы стремятся к максимально возможному количеству совокуплений – они, так сказать, борцы за КОЛИЧЕСТВО потомства, ибо количественно их плодовитость практически не ограничена;
    • С той же целью самки, имея количественно ограниченную плодовитость, стремятся к наивысшему КАЧЕСТВУ рождающегося потомства. В силу этого именно они являются выбирающим субъектом, а стало быть заинтересованы в максимальном расширении количества потенциальных партнёров, из которых легче выбрать наиболее «качественного», отвергнув остальных.
    О нашем первобытном «Я».

    Во мне два «Я» – два полюса планеты
    Два разных человека, два врага
    Когда один стремится на балеты
    Другой стремится прямо на бега …
    (В. Высоцкий)

        Человек, как известно, относится к отряду приматов, виду HOMO SAPIENS. Классификационное родство с другими приматами определяется большим или меньшим сходством генетического материала, внешне выражающимся в сходстве строения тела. Например, гены человека и шимпанзе совпадают более чем на 95%. Однако видообразующие признаки – не только особенности строения органов, но и поведение, повадки (приёмы охоты, защиты, брачные ритуалы, и многое другое).
        Раз уж все видообразующие признаки жЁстко передаются по наследству (на то они и видообразующие!), то присущее виду поведение тоже передается по наследству. Например, способность делать стойку для собак охотничьих пород передается по наследству, и связана именно с охотничьими породами. Ещё пример инстинктивно-обусловленного рефлекса – опускание глаз, как признание своего подчинения другой особи, характерен для приматов, включая человека. Псовые (собаки, к примеру) в этой же ситуации поджимают хвост. Такое унаследованное поведение принято называть инстинктивным, а отдельные его компоненты – инстинктами. В отношении инстинктивных поведенческих программ используется также термин «врождённая модель поведения». Такой интересный для нашей темы инстинктивный акт, как поцелуй – часть врождённого брачного ритуала приматов, произошедший от ритуала кормления.
         В какой степени всё это относится к человеку? Ведь у человека есть разум, какие-никакие законы, что в принципе делает необязательным следование инстинктам. Однако человек приобрёл современный облик, и стал по настоящему разумным лишь около 30-40 тыс лет назад, и только 5-7 тыс лет длится историческая эпоха. Между тем, эволюция приматов начиналась где-то в третичном периоде, около 20-30 млн лет назад, а такие важные инстинкты, как подчинение стадной иерархии, вообще существуют едва ли не столько же, сколько существует жизнь.
         Разумеется, за столь короткие эволюционные промежутки времени инстинкты не могут исчезнуть – они формируются естественным отбором медленно и постепенно, как и морфологические признаки, и исчезают столь же медленно. Так что инстинкты не спрашивают, может ли человек без них обойтись. Они просто включаются, когда сочтут нужным. Нелогичная и необъяснимая с рассудочных позиций инстинктивная мотивация очень логична и объяснима в первобытной системе координат, и была целесообразна в первобытные времена. Однако современной обстановке реализуемое инстинктами поведение далеко не всегда адекватно, и мы часто недоумеваем, как зла и слепа бывает любовь…
         Обезьяньи инстинкты, будут жить в нас, пока мы с вами относимся к отряду приматов, ибо они прочно записаны в генетическую память. Если человечеству удастся избавиться от каких-то важных обезьяньих инстинктов, и закрепить это в генах, то человек уже будет относиться к другому виду, и возможно, даже выделится из отряда приматов. Развитие человечества потребовало иных, чем первобытно-стадные, форм «брака», но инстинкты так просто из подсознания не исчезают, и продолжают действовать, хотя их время возможно уже давно ушло.
         Рассудок индивида не может как-то изменить его же инстинктивные программы; более того, он даже не знает об их существовании! Он может лишь им не подчиниться в каких-то случаях, но в следующий раз инстинкт захочет сделать то же самое. Низший уровень подсознания – инстинкты, доступные ему программы исполняет прямо и без вариантов. Программы среднего уровня подсознания (традиции, привычки) уже могут с течением времени как-то модифицироваться. Рассудок тоже широко использует отлаженные поведенческие программы, но для рассудка они – «информация к размышлению»; рассудок не столько исполняет свои программы, сколько импровизирует на их тему.
         Инстинкты управляют нами через эмоции, не утруждаясь мотивировкой. Инстинкт, побуждающий женщину украшать себя, в частности косметикой, никак не сообщает ей зачем это нужно делать – ей хочется, и всё. Логический смысл в этом однозначен – привлечь внимание мужчин, однако большинство женщин будут это категорически отрицать, говоря что красятся они «для себя». Но ведь нормальные мужчины «для себя» не красятся! Такой поведенческой программы в их инстинктах нет. Кстати, очень многие современные мужчины негативно относятся к косметике на женщинах, но инстинкт про это не хочет знать. Ещё стоит обратить внимание, что чем ниже уровень культуры женщины, тем ярче и грубее «штукатурка» – инстинктивные мотивы в этом случае не сдерживаются и не корректируются рассудком.
         Нервные структуры, реализующие инстинкты, возникли в глубочайшей древности; рассуждать, что-то анализировать и даже просто экстраполировать – для них непосильная задача. Они срабатывают при совпадении заложенного в инстинкт схематичного и статичного шаблона, с неким внешними сигнальными признаками, которые могут случайно походить на реально требуемые. Однако имея свободный и прямой доступ к мотивационным центрам мозга, инстинкты способны вызвать ОЩУЩЕНИЕ своей правоты в чём угодно. Это воздействие можно даже уподобить наркотическому. Наркотические иллюзии также нередко воспринимаются, как какая-то высшая мудрость. Поэтому никакой «мудрости» у любви нет. Есть только ощущение мудрости. На самом деле любовь оценивает объект выбора очень поверхностно – в соответствии с жёсткой (где-то даже тупой) генетической программой, задающей стратегию выбора брачного партнера. Рассудку при этом не остается ничего другого, кроме как заниматься подгонкой под ответ. Человеку вообще очень свойственно заниматься подгонками под ответ, когда он пытается объяснить своё инстинктивно-мотивированное поведение.
        Реальная картина поведения людей усложняется и запутывается не только наличием в нас двух «Я», но и тем, что граница между ними не абсолютно чёткая, инстинктивная и рассудочная мотивация может причудливо переплетаться. Кроме того, на каждый случай человек располагает несколькими инстинктивными программами поведения, возникшими в разное эволюционное время, и бывает, противоречащими друг другу.
      Короче говоря:
    • Человек рождается с большим количеством врождённых программ поведения, которые возникли в разное эволюционное время, в силу чего нередко друг другу противоречат.
    • Механизмы реализации врождённых программ поведения способны лишь на сигнатурный анализ обстановки, предполагающий формально-поверхностное сопоставление обстановки со схематичными сигнальными признаками, заложенными в эти программы.
    • Достаточное совпадение внешних условий с этими сигнальными признаками порождает ту или иную эмоцию, побуждающую человека к реализации соответствующей инстинктивной программы;
    • Истинная мотивировка действий при этом не осознаётся – для рассудочного объяснения инстинктивно-мотивированного поведения привлекаются самые случайные доводы, носящие характер подгонки под ответ.
    О стадной иерархии

    Наглость – второе счастье
    (общеизвестная банальность)

    В театре, как и в жизни, самым требовательным
    бывает тот, кто не заплатил за место.
    (Французская поговорка)

        Равноправия нет нигде. Те, кто возмущЁн несправедливостью в нашем обществе, могут успокоить себя тем, что в мире всех прочих животных обстановка гораздо хуже.
        Если группе мышей давать корм, то скоро можно заметить, что каждый раз лучшие и большие куски достаются одним и тем же особям. Эти же особи занимают лучшие места для отдыха и имеют наибольшее количество спариваний. Другие особи, довольствуются тем, что осталось от первых; третьи – от вторых, и так далее… То есть, имеет место определённая внутригрупповая иерархия.
         Великолепнейшее описание иерархических отношений дал В.Р. Дольник;я лишь не могу согласиться с его утверждением, что у человека иерархию образуют только мужчины (подробнее об этом ниже).
         Известно наличие такой иерархии у всех живых существ, ведущих сколь-нибудь групповой образ жизни. Даже у амёб, и тех уже наблюдаются зачатки иерархичности. Места (ранги) в этой иерархии принято обозначать буквами греческого алфавита: альфа – высокопоставленная особь, омега – соответственно, низкопоставленная. Впрочем, это обозначение не вполне удачно – в больших группах иерархическая структура утрачивает линейность алфавитного списка, более напоминая пирамиду, в которой несколько особей могут иметь практически одинаковый ранг. Высокоранговых особей называют также «иерарх», «доминант», В.Р. Дольник иногда употребляет термин «пахан» – бывает, что он наиболее уместен.
         Очевидно, что ранг в этой иерархии имеет колоссальное значение для каждой особи, поэтому члены группы постоянно борются между собой за повышение этого ранга, или сохранение достигнутого. Причём, чем выше ранг, тем острее борьба. Бывает даже, что альфа меньше вкушает от жизненных благ, чем бета – ему некогда, он занят борьбой. Однако он сохраняет возможность, по крайней мере теоретическую, отнять любой кусок у беты.
         То, какой ранг будет занимать особь в группе, зависит от соотношения ранговых потенциалов данной особи, и других особей группы, т.е. одна и та же особь в разных группах будет иметь разный ранг.
         А что такое ранговый потенциал? Очевидно, что он тесно связан с физической силой, но не определяется ей однозначно. У ос например, ранговый потенциал показан врождённым количеством щетинок на определённых частях тела. У петухов ранговый потенциал показан высотой гребня. Количество щетинок (высота гребня) скорее показывает его, чем определяют, но другие особи ориентируются по этим признакам; они кодируются теми же генами, что и ранговый потенциал. Примерно то же и у других живых существ, только не у всех ранговый потенциал обозначается столь же просто. Даже у существ, не слишком высокоорганизованных (мышей, например), хорошая физическая сила лишь позволяет избежать низших мест в иерархии, но ещё не гарантирует высших. Причём, чем более высокоразвито существо, тем слабее корреляции с физической силой.
         Поскольку иерархическое поведение проявляется самых разных видов, в том числе (и особенно!) у примитивных, практически неспособных к обучению, то можно уверенно полагать, что основа рангового потенциала даётся особи при рождении (быть может, вместе со щетинками или чем-то подобным). Причём специфическое высоко-, или низкоранговое поведение начинает проявляться с первых дней жизни. Значит, поведение особи в иерархии регулируется врождёнными поведенческими механизмами, то есть инстинктами.
         Виктор Дольник называет ранговый потенциал силой НАСТЫРСТВА (известный психолог Владимир Леви – силой НАГЛОСТИ; – пожалуй, нагляднее). Они доказывают, что решающим компонентом рангового потенциала является УВЕРЕННОСТЬ в своем превосходстве – возможно, и весьма часто, особыми действительными достоинствами не подкреплённая и ни на чём не основанная. В самом деле, уверенность одного человека может просто гипнотизировать другого, да и самого себя, будь то уверенность студента перед экзаменом, водителя перед ГАИшником, гуру перед верующим, и прочее и прочее…
         Это хорошо иллюстрирует фольклор. Возьмем к примеру, сказку о лисе в ледяной избушке, и зайце в лубяной. Ранговый потенциал у лисы был очень высок – её убоялся и волк и медведь. Но у петуха он был ещё выше, и лиса сразу убежала. Хотя петух, даже с косой, не опаснее медведя.
         Обычно, альфа с большой решимостью, упорством и удовольствием занимается внутригрупповой борьбой, которая для него нередко становится самоцелью. Омеге эта борьба гораздо менее приятна – он более уступчив. Отсюда, есть и другой параметр, влияющий на ранговый потенциал – это степень уступчивости (или, наоборот, конфликтности). Приемлемая для каждой особи величина конфликтной напряжённости напрямую связана с ранговым потенциалом – чем ниже ранговый потенциал особи, тем менее напряжённый конфликт вызывает у неё дискомфортные ощущения.
         Количество вакансий на иерархическом Олимпе ограничено по определению, и не зависит от среднего рангового потенциала. Другими словами, повысив каким-то образом ранговый потенциал всех, мы не увеличим количество высокоранговых. Сложится такая же иерархия, только возможно более жёсткая и агрессивная.
         Различная уступчивость различных особей имеет очень важное биологическое значение – она позволяет снизить накал внутригрупповой борьбы, а тем самым избежать излишней гибели особей. В таком сообществе конфликты если и возникают, то ограничиваются соседями по иерархии, вместо конфликтов каждого с каждым. Кроме того, альтруизм «омег» открывает возможность консолидировать усилия всех особей группы в борьбе за существование, что особенно важно для видов, не слишком сильных физически. Именно это обстоятельство, вместе с повышенной смертностью «альф» (например, в конфликтах между собой) и препятствует неограниченному росту среднего рангового потенциала вида. Выживали не только сильнейшие особи, но и сильнейшие, самые слаженные группы.
         Фактически возможны два способа консолидации группы – «военный» и «интеллигентный». Первый способ предполагает жёсткую иерархическую структуру соподчинения, с безжалостным подавлением неповиновения подчинённых. Второй – зиждется на альтруизме, предполагающем искреннюю и добровольную взаимопомощь членов группы вплоть до самопожертвования. У видов, стоящих на низших ступенях развития, разумеется преобладает первый путь, как наиболее естественно вытекающий из базовых инстинктов, надёжно реализуемый, и не требующий большого ума. Но для организации очень сложного совместного поведения он становится неэффективным. Очевидно что наши предки, живя в крайне опасной в смысле хищников саванне, большую часть своего эволюционного пути прошли по первому пути. Альтруизм стал относительно массовым явлением лишь тогда, когда рост интеллекта сделал возможными очень сложные поведенческие схемы. В свою очередь, распространение альтруистических форм поведения ещё более усложнило поведение людей, и создало предпосылки для резкого ускорения социальный эволюции, выделившей человека из остального животного мира. Таким образом, альтруистические поведенческие программы возникли в относительно позднее эволюционное время, и не успели должным образом закрепиться в генах. Поэтому столь ныне необходимый человечеству альтруизм приходится передавать негенетическими средствами – теми, что составляют понятие «культура». Однако ж чем крепче генетическая база альтруизма, тем выше, при прочих равных условиях, уровень культуры.
         Ранговый потенциал бывает исходный, фактический и визуальный. Исходный даётся при рождении, он не подвержен воспитанию и влиянию внешней среды. Исходный потенциал определяется главным образом наследственностью, и в меньшей степени – условиями внутриутробного развития. Фактический сильно зависит от обстоятельств. Он определяется исходным потенциалом и конкретной обстановкой, в которой оказалась особь. Обстоятельства могут воспрепятствовать реализации врождённого рангового потенциала, а могут способствовать его полному раскрытию, и даже усилению. Для людей фактический ранговый потенциал в среднем обусловлен исходными задатками примерно на 2/3, а на 1/3 – условиями роста и воспитания. Однако это среднестатистические данные; у какого-то конкретного человека это соотношение может быть другим.
         Поскольку ранговый потенциал определяется различными, в том числе и не связанными друг с другом параметрами, то реальный иерархический облик особи может быть МОЗАИЧНЫМ, когда одни признаки указывают на высокий потенциал; другие – на низкий. Например, внешняя неухоженность – признак низкого ранга; встретив неряшливо одетого человека, мы обычно не без оснований предполагаем, что он – неудачник, ничего не добившийся в жизни, т.е. низкоранговый. Однако когда он в наглой и агрессивной форме начинает требовать, чтобы его пропустили без очереди, то большинство людей предпочитают ему уступить, признавая тем самым его более высокий ранг! При том, что общественный статус этого человека может быть очень низок!
         Другой пример. В известной старой песне Дунаевского про отважного капитана поётся:
         Раз пятнадцать он тонул
         Погибал среди акул
         Но ни разу даже глазом не моргнул
       Здесь мы видим человека сравнительно высокопоставленного (капитан!), умеющего бороться, значит, с достаточно высоким ранговым потенциалом. Впрочем, здесь можно отметить также и невысокую примативность нашего героя, о которой речь далее. Но вот как тот же человек ведёт себя с женщинами:
         Раз пятнадцать он краснел
         заикался и бледнел
         Но ни разу улыбнуться не посмел
       Характернейшее поведение низкоранговой особи! В то же время существует большое количество мужчин, непринуждённо смелых с женщинами, но отчаянно трусливых и уступчивых в условиях, когда нужно по-настоящему бороться. Из мозаичности рангового потенциала, как обобщающего понятия, вытекает понятие визуального рангового потенциала, как совокупности сигнальных признаков, возможно второстепенных, но выраженных достаточно ярко для срабатывания инстинктов у других особей. Хороший пример визуального ранга – низкоранговый петух с наклеенным гребнем. Такого все другие петухи воспринимают как высокорангового, но стоит отклеить гребень, и он опять скатится вниз. Ещё пример: человек, страдающий нарциссизмом (влюблённостью в самого себя), может на кого-то из окружающих производить впечатление высокорангового. Но при этом он может быть напрочь лишЁн способности бороться за место под солнцем, что есть сущность высокого ранга. Напротив, дружелюбный человек, пусть даже неплохо устроившийся в жизни, может производить впечатление низкорангового.
         Причём на разных особей могут производить впечатление разные проявления рангового потенциала, т.е. чувствительность разных особей к разным сигнальным признакам, составляющим шаблон образа особи может быть разной. Визуальный может совпадать с фактическим, а может и не совпадать. Происходит это потому, что как уже было сказано, нервные структуры, реализующие инстинктивные модели поведения, возникли в глубочайшей древности – они относительно просто устроены и реагируют на обстановку очень поверхностно, шаблонно. Особь может быть низкоранговой по сути, но обладать одним – двумя сигнальными признаками высокого ранга. Тогда эти один – два ярких визуальных (сигнальных) признака могут на кого-то подействовать, несмотря на объективно низкий ранговый потенциал. Увы! Даже своих первобытных целей, инстинктивные программы, в силу примитивности механизмов их реализации, достигают усреднённо, с большими погрешностями.
      Короче говоря:
    • Человеку, как и всем групповым животным, присуще образовывать иерархические социальные структуры, поведение в которых регулируется соответствующими инстинктами.
    • Способность занять тот или иной ранг в иерархии называется ранговым потенциалом. Ранговый потенциал определяется многими параметрами, начиная от физической силы, но для высокоорганизованных существ, главным образом – глубинной уверенностью в своём праве быть выше всех (в основном – врождённой), возможно не подкреплённой действительными достоинствами и ни на чём не основанной.
    • Важнейшими факторами рангового потенциала также являются: конфликтность, а именно желание инициировать конфликты; конфликтная устойчивость, а именно способность выдерживать конфликты, навязанные извне; тесно связанная с вышеназванными факторами уступчивость (или неуступчивость), однако она может быть и самостоятельным явлением.
    • В силу определённой независимости факторов, влияющих на ранговый потенциал, возможны мозаичные проявления иерархического статуса, когда одни признаки указывают на высокий ранговый потенциал, а другие – на низкий, и можно говорить о ранговом потенциале как обобщающем понятии.
    • При рождении особь уже обладает определённым ранговым потенциалом, который обусловлен как наследственными факторами, так и условиями внутриутробного развития, и является основой фактического, присущего уже взрослой особи.
    • Фактический потенциал зависит также от условий роста, формирования и воспитания особи, могущих как усиливать, так и ослаблять врождённые задатки.
    • Визуальный ранговый потенциал определяется наличием у особи одного или нескольких второстепенных, но ярко выраженных признаков высокого или низкого рангового потенциала.
    • Визуальный ранговый потенциал очень часто бывает иллюзорным, т.е. не соответствующим реальной способности особи к ранговой борьбе.

     [1] 2 3

    новости    психология    этология    нлп    тесты    конференция    ссылки   вверх


    Copyright @FOLLOW 2000-2006
    Designed by follow.ru